— Нажмите вот эти две одновременно! А теперь еще раз вот эту…
Это длилось минут сорок. От мелькания Зинаида Васильевна уносилась мыслями то в Москву, то на океан. Со стыдом вспомнила про разоренный дом мадам ле Ген и фальшивые 500 франков. Она механически нажимала на клавиши по указанию Викентия. Несколько раз встряхнула головой, чтобы не заснуть.
— Есть! Нашел! — воскликнул Бузян.
Она вздрогнула и вскочила, наблюдая, как Викентий возбужденно говорит по телефону с Закрёповым:
— Нет, Рудольф Силыч — кричал он, — она нам больше не нужна! Я, честно говоря, не ожидал, что сегодня получится! Теперь она только мешает!
Он положил трубку и заявил торжественно:
— Зинаида Васильевна! Вы свободны!
— А скажите, Викентий, — не веря своему счастью, начала Зинаида Васильевна.
— Нет, Зинаида Васильевна, — сказал Бузян, — ничего не скажу. Все вопросы к Рудольфу Силычу!
Зинаиде Васильевне чуть плохо не стало:
— Ну уж нет! Я у него что-нибудь спрошу, а он меня здесь еще на месяц оставит! Я сегодня уеду?
— Завтра, — сказал Бузян.
Машина мчалась на всех парах, но все равно опоздала. На перроне расстроенная Зинаида Васильевна увидела в открытом окне уходящего поезда две юные головы — одну темную, другую светлую. Оба высунули из окна руки, изо всех сил махали и что-то кричали. Но Зинаида Васильевна не разобрала ни слова, она тоже махала руками, пока поезд не скрылся из виду.
Привезший ее сюда и наблюдавший за этой сценой Рудольф Силыч Закрёпов сказал небрежно:
— Да будет вам переживать! Скоро увидитесь. Созвонитесь. Слава Богу, не война…
