– Я думаю, ты и сам без меня управишься, Корти, – сказал Рксу, похлопав его по плечу. – К тому же, я ведь не навсегда исчезну, а только пока все уляжется. Мою долю сохрани, а то, ты меня знаешь.
Корт обиженно посмотрел на Виктора.
– Ты, что Витек? Совсем сдурел? Это когда же я тебя кидал?
– Да ладно, это я так, на всякий, – улыбнувшись, сказал Рксу.
Отойдя от бильярдного стола, он метнул туда пустую бутылку, та загремела, чуть не разбившись о шары.
– В любом случае, все остальные разговоры продолжим утром, – сказал Рксу. – Я сильно устал, про твое состояние я вообще молчу, поэтому ложись спать на этом диване, утром мы обсудим наши дальнейшие действия.
Возражать я не стал. Действительно, после сильнейшего стресса, который совсем недавно перенес мой организм, детская доза алкоголя вызвала эффект мощного снотворного. Как только Виктор с Кортом ушли, я разложился на диване поудобнее, насколько это оказалось возможным – свернувшись калачиком. Стоило мне только немного расслабиться, как переутомление и усталость взяли надо мной верх, мир резко поблек, потом завертелся, словно пропеллер и все погрузилось во тьму.
Большую часть помещения занимала огромная машина, состоящая из пирамидальных частей, испускающих тусклый белый свет. Между собой фрагменты устройства объединялись сетью прозрачных проводков, образующих единый механизм. Некоторые его части напоминали металл и были отполированы до зеркального блеска. В самом центре этого исполинского агрегата находился человек, подключенный к нему сетью прозрачных проводков. Он находился в бессознательном состоянии.
На него пристально смотрели двое – высокий худощавый светловолосый молодой человек в строгом деловом костюме и пожилой лысоватый, в белом халате.
– Есть результаты? – спросил молодой человек.
– Нет, мистер Галахер, – уважительно сказал мужчина в белом халате. – Машина не дает никакого эффекта. Его разум закрыт от нас.
– Что совсем ничего?
– Наши специалисты все перепробовали. Представителя любой другой расы, машина давно бы вывернула наизнанку, но этот лириец, оказался настоящим крепким орешком. Если продолжить работу, он просто умрет, а мы так ничего и не узнаем.
Галахер тяжело вздохнул и выругался.
– Отключайте, – сказал молодой человек. – Посадите его в камеру покомфортней, и дайте еды.
– Вы уверены? – спросил ученый. – Мистер Лузовский говорил другое.
– Пока я руководитель службы безопасности, ты подчиняешься мне, а не Лузовскому! – сказал молодой человек. – Наша цель, чтобы объект был жив и здоров, ведь мертвым он для нас бесполезен.
Ученый молча кивнул и направился к машине. В этот момент часть стены, слева от Галахера отъехала в сторону, и в проеме показался офицер… При виде Фрэнка, он сделал под козырек.
– Вольно, лейтенант, – сказал Фрэнк. – Что у вас.
– Есть новая информация от наших агентов, – сказал лейтенант и в полголоса добавил. – Нужно поговорить наедине.
Галахер кивнул и вместе с ним вышел из помещения.
Они оказались в длинном коридоре, освещаемом лишь тусклым светом энергосберегающих ламп. Дверь за ними закрылась, полностью слившись по цвету со стенами.
– Что ты хотел сказать? – спросил руководитель службы безопасности проекта.
– Наши агенты на Каратаке сообщили о своей неудаче, – сказал лейтенант.
Лицо Фрэнка помрачнело, превратившись из светло-серого в землистое.
– Им удалось выследить брата нашего лирийца, но при попытке задержания, ему оказал помощь некий неизвестный нам пока субъект, – сказал лейтенант. – Наши агенты получили повреждения, у одного пулевое ранение ноги, у второго сотрясение мозга. Лириец и его пособник сбежали. Мы потеряли их из виду.
– Довольно! – сказал Галахер. – Я не желаю слушать ваши оправдания. Чтобы через неделю второй лириец и его пособник оказались у вас в руках!
– Так точно, сэр, – сказал лейтенант, вытянувшись по стойке смирно.
– Идите, и не разочаруйте меня, лейтенант, это в первую очередь в ваших интересах, – сказал Фрэнк Галахер.
Лейтенант снова козырнул и направился назад по коридору.
Новый день начался для меня на удивление хорошо. Я проснулся на диване в том же положении, что и уснул. Не смотря на то, что тело мое затекло, а мышцы болели после вчерашних событий, я чувствовал себя на удивление отлично – голова работала ясно, в организме чувствовался прилив сил. Вместе с этим пришло и дикое чувство голода. Кряхтя, я встал с дивана и смачно потянулся, хрустя суставами.
«Да уж, ну и денек!»: вспомнил я вчерашние события. «Удивительно, как я после таких приключений на части не рассыпался?»
