– Приходи, я тебя жду, – прошептала она в ухо, выталкивая Поспелова из кабины. – Иди-иди, не приставай к беззащитной девушке.
– Приду, – неожиданно для себя пообещал он. – Провались все на свете… Однова живем!
Целый час он бродил по лесу вблизи от дороги, поджидая Зарембу, который сейчас шел пешком к месту встречи и соблюдал режим радиомолчания. В сотне метров, за сосновым бором виднелась серая стенаусыпальницы брошеной больницы, подготовленной оперативниками для встречи. Войти в нее Георгий должен был после сигнала, который означал, что полковник уже на месте, но сигнала почему-то не подавали.
То, что оперативная связь под контролем и все радиопереговоры долетают до чужих ушей, агент Витязь понял после того, как за ним началась настоящая охота. И заметил это всего с неделю назад, когда передал в эфир очередное сообщение и был обстрелян с воздуха парой «драконов», прилетевших как мухи на мед. Сначала он подумал, что его просто запеленговали, сменил место и поздно вечером снова вышел на связь, только теперь в неурочное время и на другой частоте. Едва закончил сеанс, как заметил над лесом рыщущих парашютистов. Рация была выключена, а его продолжали искать, упорно двигаясь к месту, откуда велась передача. За одну минуту работы в эфире оперативную радиостанцию засечь почти невозможно, тем более точно определить ее координаты. «Драконы» покружили над самой головой, несколько раз включали инфракрасные фонари, стараясь рассмотреть землю в приборы ночного виденья, однако улетели без выстрела и ни с чем. Витязь держал их под прицелом, рассчитывая открыть огонь, если они вздумают приземлиться, и удерживаясь от соблазна расстрелять «драконов» в воздухе, – очень уж близко и безбоязненно парили они над лесом. В следующийсеанс связи он нарушил инструкцию и не передал координаты квадрата, в котором находится, что обязан был делать постоянно. И «драконы» не прилетели. Тогда он еще раз нарушил инструкцию и назвал ложные координаты, соседнего квадрата, избрав для наблюдения место на склоне высокой сопки. Эффект был потрясающий: через несколько минут над лесом появилась тройка парашютистов, сделала круг и приземлилась точно в названный квадрат в разных местах, намереваясь блокировать его с трех сторон.
Кроме того, что оперативная связь прослушивалась, это означало, что «драконам» стала известна координатная сетка «бермудского треугольника», специально вычерченная и нанесенная на секретные оперативные карты, используемые только в этой разведоперации.
А все вместе уже отдавало если не гнусным запахом предательства, то во всяком случае – преступным ротозейством.
От такой мысли притуплялись все чувства и не было удовлетворения даже от первого-успеха – Наконец-то обнаруженного логова «драконов». Следовало прекратить все оперативные действия в «треугольнике» и за его пределами, оставить лишь пассивное наблюдение и искать источник утечки информации.
Но кто-то же стоит за этой утечкой!
В четвертом часу утра из усыпальницы наконец подали сигнал и Поспелов направился к зданию от реки, нырнул в лаз, сделанный еще партизаном Лешей Ситниковым, и оказался перед Зарембой.
– Бахталы, рома, – сказал шеф, поблескивая в полумраке золотом зубов. Скажи, дорогой, кто барон в нашем таборе? Ты или я?
– Вы, Александр Васильевич, – согласился Георгий. – В таборе – вы. В «бермудском треугольнике» – я. Мы же так на берегу договаривались?
Вероятно, Зарембе не понравилось требование Поспелова немедленно убрать из района группу быстрого реагирования, а значит, и убраться самому, когда обстановка обострилась еще больше, чем до объявления «Грозы». Однако шеф не стал далее разжигать страсти, благоразумно потребовав детального доклада обо всем происшедшем. Многое из того, о чем рассказывал Поспелов, для шефа было неожиданной новостью, особенно возратившаяся с планеты Гомос пожарная десантура, превратившаяся теперь в партизанский отряд.
– Давай сразу решать, что с ними делать, – заявил полковник. – По закону их следует немедленно разоружить и вывести из «треугольника». Что я стану докладывать начальству? Что в Карелии воюют партизаны? Да меня за такую самодеятельность…
– Их невозможно ни разоружить, ни вывести, – сказал Георгий. – Это нереально. А реально вооружить их надлежащим образом, взять на полное довольствие и включить в операцию. Вместо группы быстрого реагирования. Достигнута полная договоренность.
– Меня не станут слушать, – пожаловался Заремба. – Сам посуди, кто согласится привлекать в разведоперацию… пожарников! Это же незаконное вооруженное формирование! В конторе возникнет столько вопросов!
– Это сейчас – единственные профессионалы, способные действовать в «бермудском треугольнике». Великолепно знают тактику «драконов», а самое главное, имеют стойкий иммунитет от всякой чертовщины…
– Да я все понимаю! – прервал шеф. – Но стоит только заикнуться о партизанах, в конторе начнется ажиотаж.
– Давайте не будем заикаться, – предложил Поспелов. – Допустим, десантуры нет в «треугольнике», мы о ней ничего не знаем. А есть банда мародеров, которой должна заниматься милиция.
