Пришельцы государственной важности полностью

Не странно ли, что на так называемой заре цивилизации, свыше 4500 лет назад, древние египтяне располагали сверлильными станками, которые позволяли им врезаться в твердые камни, как в масло? У Петри не было объяснения этой загадки. Также не мог он объяснить, каким инструментом были вырезаны иероглифы на диоритовых чашах IV династии, которые он отыскал в Гизе: «Иероглифы прорезаны в диорите чрезвычайно острым инструментом, а не процарапаны или прошлифованы, о чем свидетельствуют кромки линий…»

Это чрезвычайно удивило Петри, поскольку он знал, что диорит – один из самых твердых камней на Земле – он тверже железа. Но, оказывается, в Древнем Египте его прекрасно резали с высокой точностью при помощи какого-то неизвестного инструмента.

Александр Городницкий, академик РАЕН, подтвердил наши сомнения: «Хочу сказать, что поскольку я по образованию горный инженер, то знаю, что диорит и вообще горные породы по шкале твердости более 5–6 единиц невозможно обработать медными мягкими инструментами. Если пытаться пилить медной пилой диорит, то перепилится пила».

А между тем в Египте можно увидеть большое количество сосудов, относящихся к додинастическим временам. Они выточены из очень твердых материалов: диорита, базальта и кристаллического кварца. Свыше 30 тысяч таких сосудов было найдено под ступенчатой пирамидой Джосера в Саккаре.

Эти сосуды замечательны качеством изготовления при помощи неизвестного невообразимого инструмента. Почему невообразимого? Потому что многие из этих сосудов – высокие вазы с длинным и тонким горлышком, с сильно расширяющейся внутренней полостью, которая имеет полые заплечики. Еще не изобретено инструмента, которым можно было бы вырезать вазы такой формы.

Загадочное происхождение имеют и распилы каменных и известняковых плит. Современные пилы для резания гранита стоят стационарно в цехах и имеют толщину 3 см. Получается, что у древних мастеров были пилы толщиной всего лишь 3 мм, то есть в 10 раз тоньше наших. К тому же они были портативны и с ними можно было работать в любом месте. Это еще один невероятный факт, и его можно объяснить лишь использованием материалов, к которым наша наука только приближается благодаря изобретению нанотехнологий.

Надо сказать, что ни один из этих невероятных инструментов так и не найден. Специалисты могут судить об их свойствах лишь по следам, оставшимся на камнях.

«И мы нашли такие следы, – продолжает делиться своими впечатлениями Андрей Скляров, участник экспедиции в Египет, один из авторов нашей съемочной группы. – Даже сейчас, при использовании всех известных нам современных технологий обработки камня, воспроизвести качество работы древних инструментов невозможно. Причем речь идет об обработке не только мягких пород типа известняка, но и об обработке твердых пород – базальта, гранита и кварцита, таких, на которых эти следы были бы видны наиболее отчетливо».

Версия напрашивается сама собой: раз технологии, доступные древним египтянам, позволявшие им добиваться таких результатов, нам, людям современным, неведомы, значит, их кто-то нашим предкам подарил. Но кто?

Ответ на этот вопрос, как это ни странно, пытался дать в начале ХХ века известный американский ясновидец Эдгар Кейси, который утверждал, что открытие тайников в Египте станет величайшим событием для исторической науки и для всего человечества. При жизни Эдгара Кейси считали самым «эффективным», как бы сейчас сказали, ясновидящим не только Америки, но и всего мира. Я с небольшим недоверием отношусь ко всякого рода пророчествам, но совпадения в его предсказаниях поразительны. Не случайно, каждое его слово тщательно записывали и хранили. Любопытно, что более тысячи его предсказаний посвящены Атлантиде и Древнему Египту. Сегодня с его архивом в американском штате Виргиния работают многие исследователи, в том числе побывала там и наша съемочная группа. Нас интересовало мнение известного провидца по поводу версии о том, что человечеству в далеком прошлом якобы кто-то очень сильно помог «встать на ноги» и следы этой помощи довольно часто ставят в тупик традиционную науку.

После беглого знакомства с его архивом мы поняли, что приехали в Виргинию не зря.