— Не имеет значения. Для подачи команд будете подносить его к губам.
— Как им пользоваться?
— Сначала произнесите несколько слов, чтобы он настроился на ваш голос.
— Что сказать?
— Все, что хотите.
Северцев поднес ко рту руку с перстнем.
— Раз, раз, раз, настройка, настройка, один, два, три, как меня слышите, прием…
— Достаточно.
— Что дальше?
— Придумайте ключевое слово для включения синхрона.
— Любое?
— Какое посчитаете нужным.
— Варя, — вырвалось у него.
— Не глупите, — осудила она Северцева.
— Тогда пусть будет «жива», — вспомнил он девичью фамилию Варвары — Живина.
— Кодируйте.
— Как?
— Скажите «код — жива».
Северцев послушно произнес:
— Код — жива.
И тотчас же в ухе что-то слабо пискнуло, зашелестело, смолкло, снова пискнуло, затем раздался хрустящий шепоток:
— Фазовый синхронизатор состояний настроен. Готов к работе. Координаты резонанса?
— Он спрашивает координаты… э-э, резонанса.
— Запоминайте: черный трафик, северная мигран-зона Евро-Азиатского такантая, массив Е-5, Салехард. В дальнейшем можно будет произносить только слово «Салехард», и синхрон драйвирует вас туда, в «хронохвост» Салехарда.
— Почему именно в Салехард?
— Оттуда родом моя бабушка.
— Ясно. Итак, встречаемся там? Где именно?
— Место встречи изменить нельзя, — усмехнулась Варвара. — Синхрон совмещает центры масс синхронизируемого объекта и района резонанса. Мы переместимся в одну и ту же точку Салехарда, примерно совпадающую с его гравитационным центром.
— Но ведь объектов с такой массой, какую имеет Салехард, очень много. Как на Земле, так и в космосе.
— В компьютер синхрона вложена карта почти всех объектов Солнечной системы с точным распределением координат.
— Но это же колоссальная работа — сделать такую топосъемку!
— СКонС занимается этим уже миллиарды циклов, — сухо проговорила Варвара.
— Что еще за циклы? Годы, столетия, тысячелетия?
— Время, измеряемое годами, существует лишь в воображении людей, нуждающихся в ориентации и количественном измерении длительности существования. На самом деле нет ни прошлого, ни будущего, во всяком случае в том виде, в каком представляет это себе человек. Есть только череда состояний — вечное настоящее. Но об этом мы еще поговорим. Отправляемся. Запомнили координаты?
— Запомнил.
— Тогда вперед.
Запинаясь, чувствуя себя глупцом, вынужденным играть в чужую игру, Северцев выговорил координаты Салехарда… и окунулся в знакомый омут странных ощущений, самыми сильными из которых были ощущения сжатия-растяжения тела в тонкую струну. А когда тело Северцева перестала корчить некая непреодолимая сила, он осознал, что стоит в полумраке на пронизывающем морозном ветру. Синхрон сработал точно, переместив владельца из «хронохвоста» Астаны в «хронохвост» Салехарда, температура воздуха на территории которого явно была намного ниже нуля.
Рядом проявилось что-то более светлое.
— Целы? — послышался голос Варвары.
— Все в порядке. Только холодно маленько…
— Потерпите, скоро придем на место, там тепло.
— Где мы? Я имею в виду — конкретно в Салехарде.
— Это площадь Курбского. Салехард ведет свою летопись с тысяча четыреста девяносто девятого года, когда князь Семен Курбский в числе других укреплений на Оби заложил Обдорский острожек. На его месте и стоит сейчас Салехард.
— Почему здесь темно? Ночь, что ли?
— Это Ямал. Ночи в августе на севере светлые, просто над нами тучи. Я специально выбрала момент непогоды в «хронохвосте» Салехарда, чтобы уменьшить риск визуального обнаружения.
— Вы так легко оперируете спецтерминами… кто вы по образованию, Варя?
— Инженер-системотехник, — сухо проговорила женщина, никак не отреагировав на его уменьшительное «Варя». — Идемте.
Она зашагала к темной громаде здания на другой стороне площади. Северцев завороженно посмотрел на ее удалявшуюся спину, пробормотал:
— Что стоите? — обернулась жена Сабирова.
Северцев очнулся и поспешил за ней, оглядываясь по сторонам, анализируя свои впечатления и формулируя теснившиеся на языке вопросы.
Варвара обошла здание, направилась вдоль улочки, вымощенной досками, к белеющей в сумраке церквушке. Свернула на другую улицу, затем на третью, уже асфальтированную. Дома по сторонам, в основном двухэтажные, на сваях — из-за подступающей близко вечной мерзлоты, угрюмо смотрели на людей слепыми проемами окон и чего-то ждали, покинутые даже запахом жизни. Они знали причины своего одиночества, но сообщать об этом гостям не спешили. Если это не прошлое, то что? Боковая веточка времени? Ниша? Виртуально-игровой объем? И как понимать Варвару, заявившую, что нет ни прошлого, ни будущего?
Северцев поискал глазами башню, непреложную деталь прежних выходов на «ось S», не нашел в тучах и догнал спутницу.
— Почему в «хронохвостах» нет людей? Разве эти «хвосты» в какой-то степени не являются вариантами прошлого?
— Являются, — ответила Варвара, продолжая шагать в том же темпе. — Потерпите, мы уже почти пришли.
