Мир Миройса оказался на грани краха в результате удара темной энергетической волны неизвестного происхождения. Привычный уклад жизни рушиться с приходом чудовищных монстров, каждую ночь уносящих жизни не только простых людей, но и одаренных, часть которой бесследно исчезла в результате катастрофы. Рвутся старые устои, хаос властвует в странах, а в людях просыпаются самые низменные черты. Троим наследникам суждено спасти гибнущий мир, но достигнут ли они согласия и смогут пройти длинный путь к обретению силы.
Первое воспоминание, которое четко отпечаталось в памяти Дилана было не столь ярким, сколько определяющим весь его последующий жизненный путь — это день ритуала инициации, оно же и снилось ему чаще всего.
Было ему около семи лет, грязный оборванный сирота из приюта святого Йенса не был никому интересен. Он не отличался ни физической силой, ни наличием таланта, который начинает появляться у детей в Империи Масха к пяти годам. Да и если бы у него было хоть что-то из перечисленного не попал бы он на попечение к святым братьям в беднеющий монастырь на окраинах империи в провинции Садаха, а был бы направлен либо в приют при гвардии, либо в школу мейстеров. Школы мейстеров и гвардии, а точнее их первые ступени размещались в столице каждой провинции. Представительства средней ступени располагались в гекториальных центрах, их было четыре на всю империю. Последняя ступень — она же высшая располагалась в столице империи Масхаде.
Семь лет — это пограничный возраст, когда вся будущая судьба человека определялась. В назначенный день ребенок проходил инициацию принадлежности и определения количества эргонов и саргонов, совокупное их количество к семи годам в ребенке могло достигать максимального значения в сто единиц, но по большей части это правило распространялось на знать с чистой линией крови. У простолюдинов же, к коим и относился Дилан, суммарное количество редко переваливало за значение в шестьдесят единиц, что хоть и давало шанс на дальнейшее поступление в гвардию или мейстеры, но крайне призрачный, так как распределение этих составляющих было непредсказуемо и редко имело значительный перевес в одну из сторон.
Эргоны определяли силу духа человека и их значение выше пятидесяти однозначно указывало на склонность ребенка к управлению внешними сферами силы или попросту говоря к магии, которой и обучали в школе мейстеров. Саргоны же в свою очередь отвечали за управление внутренними силами человеческого тела и их значение выше пятидесяти определяло путь ребенка как будущего воителя, обучающегося в гвардейской школе.
Третьей составляющей дара, которую определяли на ритуале инициации была Воля, названия единиц измерения Воли не было, так как в этом не было никакой необходимости. Вот уже на протяжении многих веков в Масха по официальным данным церкви не рождалось ни одного ребенка значение Воли, которого к семи годам превышало бы значение в десять единиц, поэтому и в расчетах при определении грядущего пути ребенка эта величина не учитывалась. Да и на прочие способности в грядущем значение количества Воли никак не влияло, ну или это влияние на данный момент просто не было выявлено. Исходя из простых расчетов Дилан уже тогда понимал, что с его максимальным пределом в шестьдесят единиц, из которых десять — это Воля, он вряд ли сможет стать гвардейцем или видящим — низшие ступени для одаренных.
Ритуал инициации был повсеместен и среди простолюдинов, и среди знати на обоих материках Миройса, как в империи Масха на Орусе, где родился и жил Дилан, так и в Республике Хойрис на Корусе. Подход к проведению ритуала в государствах был разный, но суть сводилась к одному, определить «полезность» будущего гражданина для страны. Да и разница в подходах определялась скорее не из-за используемой магии, а из-за политического противоборства.
Исторически противостояние этих двух держав длилось столетиями, пока они не поглотили все более мелкие государства на своих континентах и вот теперь к 992 году от Исхода, они остались единственными официальными странами на Миройсе. Открытой войны между ними уже не было, но постоянные приграничные стычки не давали никому забыть о многолетней вражде.
Других официальных государств и открытых земель на Миройсе не было, насколько знал Дилан. Хотя ходили легенды о том, что где-то за южными оконечностями материков есть островной архипелаг — вотчина вольных мореходов. Воды тех морей были слишком непредсказуемы и быстры, а ветра столь изменчивы, что ни один самый опытный и безрассудный капитан не смог пройти и пятидесяти миль в сторону южного полюса. Юный воспитанник узнал всё это из уроков, а точнее проповедей святых братьев, которые проводились два раза в день, перед прогулкой и перед отбоем. А еще он знал, что в Хойрис живут какие-то еретики, но почему они еретики своим семилетним умом понять он конечно же никак не мог, а братья эту деталь не озвучивали в своих проповедях.
Часто на вечерней проповеди святые братья рассказывали легенду о том, что у святого Йенса к семи годам суммарное значение эргонов, саргонов и Воли, равнялось ста пятидесяти единицам и были они распределены в равных долях. Ну что ж, на то он и святой думал в те моменты Дилан, а в тайне конечно же мечтал стать таким же великим, и всё чаще эти мечты возникали у него по приближению к семи годам. Хотя уже тогда понимал, что вряд ли сможет перейти через шестидесяти бальный порог и это в его случае было бы уже замечательным результатом.
