– Что произошло? – спросил я, оказавшись в коридоре.
– Выяснились странные обстоятельства. Местные жаловались, что с недавних пор из северных деревень начали пропадать девицы.
– И что здесь странного? Через порт переправляют в рабство. И раньше северяне этим грешили.
– Я это учёл. Ты прав. Но раньше угоняли всех подряд: и детей, и женщин, и мужчин.
Я остановился и облокотился о стену. Мне стало уже ясно, какую именно информацию сейчас услышу. И это очень не хорошо.
– Продолжай.
– Девушки примерно одного возраста, а потом в лесу находили их тела. Кто-то как будто бы ищет кого-то определенного, или определенных.
Мой командир тоже выглядел напряженным.
– Хочешь сказать, что, так как не знатные семьи в книгах не указывают точный день, когда дитя появилось на свет, а знают лишь год, приходится перебирать?
Настроение ещё сильнее испортилось. Такие новости означали одно, маги в очередной раз готовят какой-то ритуал, а вот какой и зачем, вопрос сложный.
– Замечательно. Приведи людей, у которых пропали родственницы. Надо очень обстоятельно с ними побеседовать.
Ещё минуту поразмыслив, я решил:
– А ещё лучше, перед этим напросись в гости к ближайшему вассалу, он не откажет.
За столько лет мой воин научился понимать без слов.
– Хочешь запустить лазутчиков, чтобы перед тем, как общаться с родственниками, побольше информации собрать? Кого? Девиц с собой возьмём?
– Они, конечно, хороши, но, учитывая, как быстро меняют, хм.., союзников… Есть идея получше…
_________
Адель
Я спала очень плохо. Мне снились сапоги. Очень много сапог… Они кружились вокруг меня и кричали:
– Давай, не халтурь! До блеска! До блеска, безрукий!
Но после визита одного из воинов, даже этот жуткий кошмар показался детской забавой. Почему? Сейчас поймете.
Пребывая в полной потерянности от абсурдности всего происходящего, я спускалась по главной лестнице во двор. Меня там уже ждали. И стоило выйти на свет, отовсюду послышались охи, освистование, а затем, конечно же, душераздирающий смех.
Мое платье (а именно в него, черт возьми, меня заставили облачиться!), вызвало бурю эмоций у собравшихся у ворот драконов. И как я могла ещё месяц назад помыслить, что чудесное воздушное одеяние заставит ощущать себя так некомфортно. Мне хотелось бежать, хотя бег, с некоторых пор, и не входит в список любимых занятий.
– Эй, красотка! Позвольте с вами познакомиться? – послышалось сбоку.
Драконий смех разносился по округе, даже, по-моему, земля от него сотрясалась!
– О, Боги! – воскликнул мой главный мучитель, – Как теперь это развидеть?
И как мне кажется, говорил это, в отличие от других, серьезно.
Передо мной возник один из воинов и, заведя руку за спину, учтиво склонил голову.
– Позвольте поцеловать вам ручку. Вы так сегодня прелестны, – негодяй говорил таким уверенным тоном, что я чуть не повелась и не протянула по привычке руку.
Я обиженно насупилась, но тут же ощутила чью-то ладонь на своей груди!
– Какая натуральная! Признавайся, что туда напихал, – ещё один дракон, казавшийся мне раньше нормальным, залился глухим гоготом.
Сам ты напихал! У меня все своё!
От смущения хотелось сквозь землю провалиться. Я их просто ненавижу! Постаралась отстранить его руку, но, к моему ужасу, другой воин заинтересовался натуральностью моих прелестей.
– Так! Ну-ка, прекратить! – прорычал Сверр, и те в мгновенье отпрянули, – Парню серьёзное поручение дали, не время для шуток!
Вот совершенно поддерживаю.
– Все вон, это девчонка нашего генерала! Руки прочь! – зазвучал приказом голос самого приближенного к нему дракона.
И тут же раскат веселья снова окатил улицу.
А Сверр не на шутку рассердился, оттолкнул друга в сторону, а меня грубо схватил за кисть.
– Со мной поедешь, понял? Я не хочу, чтобы ты в юбках запутался и шею себе свернул, – сквозь зубы процедил он.
Это я-то в юбках запутаюсь? Тем, кто никогда не видел, как ласков и учтив с дамами генерал, со стороны бы показалось, что он неотесанный грубиян. Именно так любезно он проволок меня через двор, и ещё более любезно закинул на коня. Примерно, как мешок с зерном, и то с ним бережнее обращаются!
Опять накатила обида, еле слёзы сдержала. Не хватало, чтобы он и в женском обличье при всех меня лупил.
Мы выехали засветло, и когда солнце подобралось назад к линии горизонта, добрались до места. Впереди показался замок, несколько меньше владений барона, но хотя бы не полуразрушенный, как наш.
Всю дорогу дракон хранил молчание. Он словно окаменел, отодвигался от меня постоянно. Держал за талию грубо, сжав в своей огромной ручище корсет. Смотрел вдаль, отводя глаза, и, если мои волосы от ветра касались его лица, недовольно фыркал и стряхивал их, будто бы надоедливых мух.
И только, когда мы добрались до места, он сухо бросил:
