Сегодня последний день. Когда часы станут по нолям, наступит дата, назначенная нам братьями нашими зелёными. Каждый пиксель нашего телевизора, каждая рожа, каждая буква сообщает нам об этом. Оксфордский университет заявляет о том, что конец света наступит именно по Британскому времени и интересно объясняют ‒ почему. Понятное дело. Объявили они это, потому что первые догадались подумать о конкретном времени. Но сейчас, с другой стороны телевизора, они рисуют странные линии на космокартах и, наверное, надеются умереть раньше, чем настанет позор. Следующий сюжет. Показывают как военные послали всех нахуй и заняли бункер сами. Следующий сюжет. Показывают отчаявшихся, сошедших с ума людей всех рангов и мастей. Следующий сюжет. Показывают хаос и анархию, творящуюся в мире. Все теперь должны умереть в один день, как и поклялись в ЗАГСе. Выступил президент, толкнул красивую речь о том, что ненужно поддаваться панике, что всё под контролем, что никакого нападения не будет, а даже если и будет, то обидчики получат по своим зелёным жопам из Искандеров. Мы были солидарны с ним в одном – не стоит поддаваться панике, а наоборот, нужно пользоваться благоприятными условиями для обогащения; нужно искать выгоду. И да, мы тоже не верили в конец света, верней, мы верили в то, что конец света всё-таки не наступит. Эйприл посмотрела на меня так, как будто я уже мёртв и лежу в ящике на табуретках.
‒ Хреново тебе, да? ‒ Спросила она, но было понятно что вопрос риторический.
‒ Пойдём на улицу, симпровизируем что-нибудь на ходу ‒ продолжила она ‒ сегодня последний день сучьей жизни; сегодня поднимем бабла, а завтра начнём новую жизнь. Завтра исполним нашу мечту.
Мы вышли на улицу. Никакого зомби-апокалипсиса, ни каких судных дней. Улицы вообще полудохлые. Жизни нет. Мародёры-беспредельщики были конечно, но их было мало; чуть больше чем обычно. Шумоголовое быдло, которых легко и быстро успокаивала полиция. Безликие овалы смиренно шли нам на встречу или сидели на лавочках, испуская надежду из мокрых глаз. Подавленные и униженные они беспомощно ждали, разрешат ли им жить. Но что действительно удивляло, так это то, что всё функционировало. Общепиты, магазины, банки… всё. Никто выходного не объявлял и деньги зарабатывать надо. Возможно я утрирую, возможно причина в другом, но так или иначе ‒ всё работало. Даа… по-другому я представлял себе день конца света. Хаос, анархию, реки крови, стекающие в ливневые люки, пылающие здания гос. структур, публичные средневековые казни политиков. И ведь наверняка ни я один представлял себе таким этот день, но этот день наступил, а на безликих овалах смирение и беспомощное ожидание ‒ разрешат ли им жить.
Эйприл арендовала машину в каршеринг, конечно же на чужое имя, и мы сразу повыдирали все камеры и двинули по городу. Полиция хоть и лениво, но всё же шмыгала туда-сюда. Настроение у нас было ни к чёрту и я решил взбодриться и попросил тормознуть возле магазина электроники. Магазин был пуст, без покупателей, а персонал витал в облаках. Я взял микроволновку с товарного стеллажа с самым жирным ценником и подошёл к кассе.
‒ У меня возврат.
‒ А что не так? ‒ Спрашивает консультант, а у меня начинает зашкаливать адреналин.
‒ Оказывается в ней нельзя сушить кошек ‒ говорю ‒ оказывается это только для еды.
‒ Ха-ха ‒ отвечает консультант ‒ давай чек.
Я поставил микроволновку на прилавок и демонстративно начал хлопать себя по карманам.
‒ Блин, я его походу дома забыл.
‒ Извини братишка ‒ говорит консультант ‒ без чека принять не могу.
Охранник и второй консультант стоят в паре метрах от нас и подхихикивают, а я беру микроволновку и говорю:
‒ Я счас, смотаюсь за чеком ‒ и выхожу из магазина.
Адреналин взбодрил меня как следует, а заодно я поднял настроение Чупачупсу с Храпунцыль.
‒ Поехали в ломбард ‒ говорю ‒ пора начинать зарабатывать.
‒ Ее-е ‒ ликует Эйприл и мы стартуем.
Заходим в ломбард (не наш). Охранник - худой дядька в возрасте играет в телефоне в разноцветные шарики, которые надо передвигать туда-сюда по цвету. Проходим к окошку, с другой стороны которого наверняка умный парень в очках в тонкой оправе и чёрной водолазке «Lacoste» с зелёным крокодилом, и я спрашиваю:
‒ Здравствуйте. Нам на свадьбу подарили две микроволновки, а мы ‒ молодая и совсем ещё небогатая ячейка общества у которой нет столько еды чтобы греть её в двух микрошках. Можно мы одну вам продадим?
Очкарик ухмыльнулся и отвечает:
‒ Можно конечно. А где коробка и чек?
‒ Родственники догадались проявить приличие и чек не засунули ‒ говорит Эйприл ‒ а в коробку успел насрать котёнок, которого тоже подарила тётя Маша, ведь её ёбаная кошка окатилась и теперь надо пристраивать пушистых засранцев.
Очкарик в Lacoste от души поржал и сообщил что без чека и коробки он может взять это чудо СВЧ только за пол стоимости от среднего ценника авито. Нас это устроило, ведь в данной ситуации всё ради настроения, а не денег. Наверняка умный парень отсчитывал нам пол суммы, а я спрашиваю:
‒ В ходе последних событий у тебя наверняка твориться чёрте-что. Расскажи интересные случаи.
