Они сбавили ход. Склон стал круче, хотя в скале когда-то прорубили каменные ступени. Паоло, Марку, Хельдеру и Артуро не терпелось поскорее добраться до места. Акисмон и Пещеру ласточек они оставили на десерт – как кульминацию после недели в пещере Лечугилья, в штате Нью-Мексико, почти в трех часах на самолете отсюда.[20][21]
Артуро было сложно не заметить: массивная фигура и лицо, щедро обмазанное солнцезащитным кремом, были видны издалека. Четверо исследователей намеревались сегодня спуститься в самый большой естественный колодец в мире – место, которое спелеологи считают красивейшей вертикальной пещерой на планете. Колодец представлял собой полый перевернутый конус.
Здесь они были не в связи с работой, а из интереса – своего рода каникулы, которые каждый из четверых встроил в свой забитый график.
По возвращении в Европу Паоло собирался повидать Ванду, а потом снова погрузиться в работу. Вечно эта работа. После знакомства в Нёрдлингене два года назад они с Вандой были на связи. Временами промежутки между их встречами выдавались совсем короткими, а иногда и по полгода. Все зависело от графика их поездок и исследовательских программ. Их отношения по-прежнему носили неопределенный характер. Паоло это устраивало – он мотался по миру, заряжался адреналином в экспедициях по неведомым местам, не отказывал себе в развлечениях и, да, встречался с женщинами. Ванда тоже могла заводить романы с другими мужчинами, однако ей тяжело давались эти полуотношения, постоянные разлуки и встречи, и хотя ей нравилась ее жизнь, но все же в ней было куда больше рутины, чем в жизни Паоло.
Марк, Артуро, Паоло и Хельдер помимо рюкзаков тащили еще и парашюты. Они собирались прыгнуть в пропасть. Свободное падение как источник естественного адреналина. Резкое повышение сердечного ритма, ощущение, что ты жив.
– Сюда, господа ученые, – позвал гид Марсело, говорил он со своеобразным акцентом, – если пожелаете, можете попробовать великолепный кофе у Терезы, кофе местный. – Он указал на грубый столик, за которым работала пухлая женщина средних лет с длинной косой. – Еще рано, времени у нас предостаточно.
Женщина приглядывала за кофейником на плитке, попутно расставляя сувениры на подстилке лазурного цвета.
– Матерь божья! – изумленно воскликнул Артуро Дюбах. – И здесь сувениры? Прямо посреди джунглей?
– Да, и есть еще одна точка, почти у самого колодца, – ответил гид.
– Но вы разве не говорили, что тут всего минут двадцать пути? – спросил Марк. – Не многовато ли тогда привалов?
Марсело лукаво улыбнулся:
– Господа ученые, в шесть тридцать утра тут все будет забито туристами. В шесть тридцать вечера тоже.
– А почему именно в шесть тридцать? Что это за магический час? – полюбопытствовал Артуро.
Отказавшись испробовать великолепный Терезин кофе, группа продолжила путь.
– В это время птицы утром вылетают из пещеры, а вечером залетают обратно. Вылетают на рассвете вместе с солнцем, а возвращаются на закате, перед наступлением ночи.
– Ты что, забыл? – вмешался Паоло. – Я ведь говорил Марку, что нам нужно будет подождать, пока птицы вылетят из пещеры, и только потом прыгать.
– Точно, – подтвердил Марк. – Но там действительно так много ласточек?
– Вы сами все увидите. Только не ласточки, а стрижи.
– Почему же она называется Пещера ласточек? – удивился Хельдер.
– Стрижи ведь похожи на ласточек, – объяснил гид, – кто-то так назвал, вот и закрепилось. Но там не одни стрижи, еще разные виды попугаев.
– А вон те птицы похожи на кондоров, – сказал Артуро, глядя в небо.
– Да, – сказал Марсело, – но эти птицы не живут в пещере.
– И люди тащатся сюда, чтобы поглазеть на птичек? – удивился Артуро.
– Еще как тащатся. Но по вечерам людей, конечно, больше. Вот увидите, колодец – это нечто особенное, но вылет птиц – совсем невероятное зрелище.
Пещера в виде конусовидного колодца была глубиной более пятисот метров, но прыгать разрешалось на первый нижний ярус, до которого было почти четыреста метров. Артуро прыгать не особо хотелось, к риску он привык, но не питал никакого интереса к экстремальным видам спорта. Они и раньше уже вытворяли нечто такое, но он никогда не разделял энтузиазма Марка и Паоло, вечно подбивавших остальных на опасные приключения. Артуро подумал, что ему куда больше по душе каньонинг, скалолазание и дюльфер – в общем, все то, где веревка удерживает тебя от падения в бездну.[22][23]
– Ну, если в колодце такая толпа птиц, может, прыгнуть у нас не получится, – сказал он.
Его тут же закидали насмешливыми шутками, лишь гид Марсело промолчал.
– Ого, да Дюбах у нас тут дал заднюю, ребят! – со смехом воскликнул Марк.
– Как там, штаны сухие? – заботливо спросил Хельдер.
– Оставьте его в покое, – вступился Паоло. – Если ему не хочется, он не обязан прыгать. Ты можешь спуститься по веревке. Говорят, снизу открывается фантастический вид на пещеру. Не обращай внимания на этих идиотов.
– Паоло, да он описается от восторга, ты чего, – сказал Марк. – Не подначивай его отступать.
