- Да, все получилось случайно, еще в лаборатории Дженоба... Проводя бесчисленные опыты с твоей кровью, пытаясь понять, что же такого в ней особенного, я нечаянно разбил пробирку с кровью Мойры и несколько ее капель попало в твою. Я был шокирован, когда на моих глазах почти двести миллилитров свернулись в секунду. Что именно запускает процесс мгновенного свертывания - присутствие вируса или компоненты их крови - я не успел выяснить. А потом, когда мы с тобой сбежали,...уже не было материала для исследований, - улыбнулся Кайл. - Но, в любом случае, я был почти уверен, что попытка изменения грозит тебе смертью. И как видишь, оказался прав...
- Поэтому ты так торопил меня, чтобы я убежала? - мне вспомнилось, как он пугал меня близким концом,...и то, как Кристоф назвал это враньем.
Кайл надолго замолчал, глядя мне в глаза.
- И поэтому тоже.
Я кивнула. У него было много причин.
- И что же в моей крови особенного?
- Самое странное, что и этого я не знаю - даже после стольких месяцев, посвященных этой загадке. С другой стороны, это, конечно, не моя специализация... Да и вся работа в лаборатории была направлена не на выяснение вопроса «почему?», а на использование твоего феномена для помощи Мойре. На первый взгляд, все так же, как и у остальных людей. Но ты сама могла наблюдать, как твоя кровь действовала на Мойру - подобно эликсиру жизни... Она даже начала меняться - взрослеть, что для них невозможно в принципе. Это скорей волшебство, а не лекарство, - тепло улыбнулся Кайл.
- Они говорили, что я и пахну иначе, чем все люди...
- Ты особенная, Диана, - его пальцы погладили мое лицо, да так и остались там, на щеке, неспособные оторваться, - необыкновенная...
** ** **
Необыкновенная.
И наше время необыкновенно коротко...
Четкий равномерно ускоряющийся звук заполнил вселенную. Тик-так, тик-так, тиктак, тиктак, тиктактиктак...
Я не упущу и мгновения!
Стряхнув песок, я решительно поднялась и впилась глазами в танцующие шапки волн.
Когда еще, если не сейчас?
Одним плавным движением я освободилась от сарафана, забросив его подальше. А потом, и от белья. Целомудренный ветер тут же принялся укутывать меня в шелковый плащ волос.
Но у него не получалось...
С дразнящей улыбкой на губах я повернулась к Кайлу.
- Ты научишь меня плавать?
И не дожидаясь ответа от него, напряженно-застывшего, я пошла к воде, ощущая всем телом его жадный взгляд. Когда волны бросились обнимать мои ноги, надевая шипящее кружево пены вместо чулок, я засмеялась - счастливо, и оглянулась на Кайла, успев поймать его белозубую улыбку. На нем оставались лишь плавки...
Длинные сочно-зеленые гирлянды цеплялись за мои руки, а вода доходила почти до груди, делая тело паряще-невесомым. Я уверенно ступала по плотному песчаному дну.
Где же он? Я обернулась.
Но берег был пуст. И прибрежные волны тоже.
Где Кайл?
И вдруг меня под водой схватили - сильно, яростно,...но, не пугая - знакомые руки были нежны даже в жадных касаньях. А губы -...еще нежней.
Он вынырнул с шумом кита в кипящей белой воде - рядом, почти скользнув по мне, и закрыл собой полмира, весь в каплях, прильнувших в восхищении к его загорелой коже, повисших хрусталем на волосах, на ресницах...
- Боюсь, Диана, с плаванием сегодня не сложиться - я буду очень занят, - хрипло произнес он и рывком прижал меня к себе.
- Ну и ладно, - засмеялась я, заключая его в кольца своих рук и ног, -...у нас еще будет на это время,...веришь?
...А после мы готовили ужин.
Все свечи, что нашлись в доме, наполнили кухню теплым, танцующим светом, сгустив мрак по углам. Пока за окном на гриле румянилась рыба, дразня нас дымной струйкой, я пыталась нарезать салат. Но Кайл...помогал мне, как мог, и коварные овощи норовили удрать на пол, намекая, что там будет удобней и нам.
И каждое прикосновение поражало жадностью, жалило новизной, запоминалось навечно...
Это был праздничный вечер.
Смеясь и без конца прерываясь на поцелуи, мы сервировали блюда на лучших тарелках - затейливо, с удивившим нас самих мастерством, и, закончив, замерли в восхищении, глядя на картину, где мы были всюду: в черном зеркале окна, в округлых боках бокалов, в глазах друг друга...
Вкус еды захватил нас - он был яркий, новый,...последний. А запахи! Откупорив бутылку, чтоб она подышала, мы опьянели от одного аромата, не выпив и капли вина...
Мы так торопились! Еще..., еще... - пожить, ощутить мир и друг друга, пока не вытекли последние песчинки нашего времени. А их оставалось все меньше,...и нам нужно было спешить.
Но я не сгорала дотла, теряя себя в этом мире... Я нашла свое место. Оно было в руках человека, считавшего каждый миг жизни, ценившего каждый вдох - каждый из ужасающе малого числа, отпущенного судьбой нам обоим...
** ** **
...Меня разбудила боль.
За окном едва брезжил туманный рассвет. Грохот волн, пытавшихся сокрушить наши скалы, царил в мире звуков. Ветер, холодный и влажный, проникал далеко вглубь дома через открытое окно, робко постукивая рамой о защитную ножку, еле слышно шурша занавеской в соседней комнате, умирая в ванной у зеркала.
Почему же так больно?
