Выздоровление Мойры быстро продвигалось: она проводила большую часть дня на ногах, забыв постылую кровать, улыбка не покидала ее совершенных губ, и многовековая усталость на лице Дженоба уступила место незнакомому выражению светлой радости.
Но была у этого выздоровления и обратная сторона - жизнь, наполнявшая Мойру, покидала меня.
Прошло немало времени, пока я поняла, что с такими кровопотерями долго не протяну. В прошлом, казавшемся таким нереальным со дна моей сегодняшней пропасти, цветущая и пышущая здоровьем внешность всегда отличала меня от других. Теперь я была лишь тенью себя. И без того измученная дикой жизнью последних месяцев, я стала бледной и слабой, у меня пропал аппетит. Быть может, до этого бы не дошло, если бы я продолжала есть всю ту гадость, которой меня пичкали. Но у меня исчезло само желание жить, а вслед за ним стали уходить и другие потребности организма.
Так как ела я теперь (точнее делала вид, что ем) в лаборатории, это не могло укрыться от внимания Кайла. Я впервые увидела его злым, он пытался втолковать мне, что так я долго не выдержу. Я в тумане заторможенности наблюдала, как его теплые глаза метали молнии, его губы, такие сладкие на вкус, кривились в гримасе ярости, руки, так нежно ласкавшие меня, сжимались в кулаки... По крайней мере, моих воспоминаний Кристоф не сможет отнять никогда... Я улыбнулась этой мысли.
- ... не может продолжаться, Диана! - понятными были лишь последние его слова.
- Я знаю, Кайл, и очень на это надеюсь. Понимаешь, я так устала, смертельно устала... Мне хочется уснуть, и спать долго-долго, а лучше... вообще больше не просыпаться... - мои губы еле шевелились, я отстраненно слушала и не узнавала свой собственный голос.
Кайл тревожно смотрел на меня, его брови сошлись на переносице в сплошную линию...
** ** **
Я уже почти спала, когда в люк постучали. Сон тут же исчез, мое сердце резко забилось - я была напугана, потому что отвыкла от этого звука, предоставлявшего выбор, впустить гостя или нет. Справившись с собой и откинув крышку, я увидела Кайла. Сосредоточенный, он скользнул в комнату, бесшумно прикрыв люк за собой, и тут же потянул меня в дальний угол.
- Ты двинулся умом? - я не могла прийти в себя, пораженная. - Не понимаешь, что будет, если Кристоф узнает об этом? Тебе жить надоело?
...Происшедшее с нами почти никак не отразилось на Кайле, не считая многочисленных синяков и ушибов, полученных при падении. Кристоф не сказал ему ни слова. Но осязаемо-тяжелый, чудовищный взгляд давил на Кайла каждый раз, когда тот оказывался в поле зрения. Кристоф не считал нужным (или не мог?) скрыть этот взгляд, и я чуяла нутром - это было очень плохо...
Не обращая никакого внимания на мои бурно высказываемые опасения, Кайл повернул меня к тусклому свету окна, взял за подбородок и нахмурился. Бледная кожа, обескровленные губы, синяки под угасшими глазами - я увидела себя его глазами.
- Диана, я так... - он замолчал, будто в нерешительности, поглаживая мою щеку, -...хочу сохранить тебе жизнь.
Он хотел сказать что-то другое, и я знала что, наверное, именно поэтому говорить и не имело смысла.
Сосредоточенное выражение вернулось, и, жестом призывая меня к молчанию, он быстро и тихо заговорил:
- По непонятным мне причинам количество крови, которое у тебя ежедневно берут, очень скоро увеличится. Да, я знаю, это безумие. И так перейдены все границы максимально допустимой дозы. Если честно, для меня загадка, как ты еще держишься, Диана...Мне непонятна их логика, ведь «драгоценное лекарство» попросту иссякнет! - его лицо перекосилось от ярости. - И если кровопотеря повысится, дольше месяца ты не проживешь... - пальцы больно впились в мою кожу. - Я не допущу этого!
- Но, Кайл...
- Послушай меня, Диана, я много лет провел рядом с этими существами и знаю, что обоняние значит для них несоизмеримо больше, чем для нас зрение, - он достал из кармана пузырек с темной жидкостью, - это - моя личная разработка, и никто о ней не знает. Этот препарат может изменить на некоторое время (приблизительно на два часа) твой запах, сделать тебя «невидимой» для них. Ты сможешь ускользнуть. Я достану новые документы, дам денег, и ты уедешь как можно дальше и начнешь новую жизнь!
Это звучало сказкой, я не решалась поверить, что мои загнанные в самый дальний уголок сознания безумные безнадежные мечты о свободе могли стать реальностью. Стоило лишь впустить их в свое сердце, и я ощутила, как остаток моей сверхценной крови забурлил в венах, как заблестели мои глаза - ко мне вернулась сама жизнь. Перемена во мне не укрылась от Кайла, и он улыбнулся.
- Но куда я уеду? И как мне убежать, здесь охрана? Кроме того, ведь их зрение и слух останутся в порядке? - вопросы толкались в моем взвинченном уме.
- Уедешь, куда захочешь, главное,...чтобы я не знал, куда, - его взгляд был как никогда серьезен. Несколько секунд прошли, пока я осознала, что это значило - ему придется ответить за мой побег.
- Нет, Кайл, нет, я так не могу! Нет!... Неужели ты не понимаешь? Я не могу так! - внутри все пульсировало от боли.
