- Точно, Диана. Не к кому, - сказал он совсем иным тоном позади меня, - и ты зря злишься. С тобой никто не может сравниться, поверь, - добавил он из-за моего плеча. - Ты совершенно особенная. А если бы ты знала, как пахнешь!... - и звук втягиваемого воздуха раздался у самого моего уха, - Ах-х-х, бесподобно, Диана... Ведь я тоже тебе нравлюсь, признайся...
- Нет! - упрямо сказала я, но мой голос звучал очень неуверенно даже для меня самой.
- ...ну же, Диана, тебе будет хорошо со мной. Ты и не знаешь, сколько удовольствия я могу тебе доставить...- его голос буквально обволакивал желанием. - Ну, скажи, ведь я прав, я нравлюсь тебе?...
- Нет, - пробормотала я, сама не зная почему.
- Ахх-х, как же ты пахнешь, - сказал он уже совсем близко, и голос его зазвучал по-новому: ниже обычного, с хрипотцой. И я засомневалась, что он будет ждать моего согласия в этот раз. - А-х-х, Диана, а какая же ты на вкус, м-м-мм...
Подпрыгнув от прикосновения в совершенно неожиданном месте, я бросилась к выходу и распахнула дверь.
Передо мной невозмутимый и целомудренно завернутый в полотенце стоял Кристоф.
«Нет, как же он это делает?» - ошалело думала я.
- Ты знаешь, Диана, - укоризненно сказал он, - я, конечно, горжусь своей выдержкой, - и, сделав паузу, он провел взглядом по моему обнаженному телу, - но если ты будешь так меня провоцировать, - и снова пауза, и опять мое тело ощутило прикосновение его взгляда, - предупреждаю: я за себя, Диана, не ручаюсь!
В полной растерянности, я бросилась мимо него в свою комнату, забыв о полотенце, оставленном в ванной, сопровождаемая едва слышным смехом...
Размышляя перед сном в постели, я пришла к выводу, что в таких условиях долго не продержусь.
И, почувствовав, наконец, облегчение от этой пораженческой мысли, спокойно заснула с уже привычным поцелуем на губах...
** ** **
Последние дни перед балом напомнили о моем первом пребывании в этом доме: я уставала почти так же сильно. И это очень удивляло, ведь я ничего тяжелого не делала. Но, оказалось, что организация любого дела, надзор за его выполнением и проверка результата тоже отнимают силы. Особенно, если этих дел как капель воды в океане.
И без того идеальный, дом доводился до совершенства: полировались мраморные полы, чистились драгоценные ковры и гобелены, делался микроремонт повреждений, едва заметных глазу. И это не считая генеральной уборки.
В саду кружил рой садовников. Они кропотливо подстригали изгороди, топиары, газоны, высаживали тысячи цветов, заменяя отцветшие, добавляя ярких красок в благородную зелень старинного поместья.
Если дом и сад можно было подготовить заранее, то на кухне процесс шел по-другому. Целый штат поваров и их помощников проверяли прибывшую провизию, делали блюда на пробу, бесконечно согласовывали меню...
И за всем этим должна была следить я.
Безусловно, Мойра находилась рядом, но она сразу дала понять, что лишь помогает, а настоящая ответственность - на мне. Иногда хотелось поинтересоваться, как же они раньше обходились без меня в этом деле, и почему именно я за все отвечаю. Но эти вопросы казались невинными только на первый взгляд. Еще больше опасностей таили в себе возможные ответы... И я молчала.
Однако не все лежало на моих плечах. Была и особая сторона праздника, в подготовке которой я не принимала участия.
- Тебе еще рано, - непонятно говорила Мойра.
А уточнять, что это значило, мне почему-то не хотелось...
С каждым днем, приближающим бал, Кристоф становился все меньше похожим на себя. Обаятельная улыбка, существование которой так поразило меня в свое время, исчезла, будто ее никогда и не было. Его подменил другой - озабоченный, хмурый, нелюдимый. Я перестала ощущать его присутствие рядом: никто не перебирал мои волосы легким ветерком, никто не дразнил едва слышной лаской прикосновений, никто не шептал о том, как волшебно я пахну - мне чего-то не хватало, я только не могла понять, чего именно.
С утра до вечера вся в заботах по подготовке к балу, я проводила целые дни с Мойрой, и лишь спустя некоторое время осознала, что Кристоф избегал меня даже во плоти - за столом его место пустовало, и возле ванной мы не встречались.
Меня саму удивило, насколько я встревожилась...
- Мойра, ты не знаешь, где Кристоф? - вечером, в день накануне бала, я сдалась, не в силах больше выслушивать больные теории своего воображения.
- А что случилось, Диана?
Я замялась, не зная, какими словами выразить свои опасения.
- Ну... мне кажется, он меня избегает. Ты не знаешь, может, я его чем-то обидела? - я старательно отводила глаза, сама не веря в то, что говорила такое.
- Не думаю... - и неожиданно приблизив свое лицо, Мойра заглянула в мои глаза и тихо спросила: - Тебя это беспокоит, не так ли?...
Я кивнула, чувствуя, как предательский румянец заливает мое лицо, и снова отвела глаза. Мойра просияла в ответ.
- Он сейчас в библиотеке. Ну же, иди, поговори с ним!
Ощущая на себе ее взгляд, понимающий больше, чем мне хотелось бы, я поспешила туда.
