Спустя несколько долгих минут он, наконец отложив автоматическую ручку, повернул в сторону задержанного только что заполненный формуляр и заговорил вновь, для начала представившись.
– Старший следователь антикоррупционного комитета Равнов. Проверьте внимательно свои личные данные. Если все верно, поставьте свою подпись и дату вот здесь, – ткнув при этом пальцем в определенном месте казенной бумаги.
– Что это? – с некоторым вызовом спросил подследственный.
– Форма протокола допроса. Вы расписываетесь за корректность ваших личных данных, указанных в нем.
– А разве я не под всем протоколом должен поставить свою подпись? – обеспокоенно удивился подследственный.
– Согласно утвержденной процедуре комитета, нет, – беспристрастно прокомментировал человек во френче и, предупредив явное желание возразить находящегося перед ним, быстро продолжил.
– Послушайте, у нас с вами, к сожалению, очень мало времени. Наш разговор строго регламентирован. Поэтому перейду к самой его сути. Перед нашим недавно сформированным комитетом стоят две основные задачи: искоренить коррупцию и сократить численность государственных служащих. Это должно быть сделано максимально эффективно и в сжатые сроки. Поэтому утвержденная программа проводится по принципу центезимации, для обеспечения которого был отменен мораторий на смертную казнь, а сам комитет наделен чрезвычайными полномочиями. Из составленного обобщенного реестра государственных служащих с помощью математического алгоритма случайных чисел был отобран один из каждой сотни, в итоге попавший под следствие. Я предельно ясно описал вам сложившуюся ситуацию?
– Не совсем, – оторопело ответил вчерашний чиновник, удивленно округляя глаза от только что услышанного. – Что за рулетка такая? Причем тут мораторий? И в чем конкретно обвиняют именно меня?
– Конкретно вас обвинить пока не в чем, если только сами не желаете в чем-то сознаться. Вы просто выбраны случайным образом из общего реестра. Так сказать, жертва сложившихся обстоятельств, – сказал следователь, виновато разводя руками.
– Что за бред! – вскочив со стула, вскрикнул подследственный.
В то же самое мгновение в комнату вошли двое крепких мужчин в таких же военных френчах и замерли в полной готовности физического усмирения вспыхнувших в казенном помещении эмоций. Следователь, не поднимаясь из-за стола, подал едва заметный знак вошедшим, после чего они незамедлительно вышли, осторожно прикрыв за собой массивную дверь.
– Я прекрасно вас понимаю. Не очень-то хотелось бы оказаться на вашем месте в роли статиста, – примирительно произнес следователь. – Сам бывал в подобном положении, не в таком конечно, но все же похожем. Вы, кстати говоря, отчасти были тому причиной.
С этими словами человек во френче чуть подался вперед так, чтобы свет настольной лампы смог осветить его уставшее лицо.
– Не узнаете? – спросил он, добродушно улыбаясь. – Я вот так сразу вас узнал. Несколько лет назад я участвовал в конкурсе на вакантное место подразделения вашей службы. На втором этапе выяснилось, что один из претендентов на это место является сотрудником этой же службы, но только в более низком чине. Собственно, в его пользу конкурсная комиссия и вынесла свое итоговое решение. Не спорю, мои познания в области этой службы из-за отсутствия опыта были намного меньшими, чем у своего человека. Но, честно говоря, я был обескуражен от осознания того, что меня использовали в качестве статиста конкурса, итог которого был уже заранее предрешен. И признали это только в самом конце, когда сам факт стал совершенно очевидным.
– Так это просто месть? – удивленно произнес подследственный от только что сделанного открытия.
– Да что вы! – поспешил заверить следователь, судорожно дернувшись от такого вывода. – Ничего подобного. Обыкновенное совпадение, не более того. Я эту историю припомнил только, чтобы вам наглядно объяснить, что порой становишься заложником стечения обстоятельств непреодолимой силы. Разница сложившейся ситуации с приведенным примером в том, что я вас в темную не использую, а довольно подробно излагаю причинно-следственную связь вашей участи. Решение сверху принято, процесс запущен. На мой взгляд, меры, конечно, кардинальные, но вместе с тем справедливые. Уж поверьте мне, слепой случай в этом процессе затронул одинаково всех без исключения в независимости от рангов, регалий и положения. На вашем стуле сидели очень высокие чины.
– И что, все определенные жребием причастны? – хмыкнул подследственный.
– В ряде случаев этого мы, к сожалению, не знаем. На некоторых из числа определенных мы имеем компрометирующие материалы. Документам в свое время просто не давали ход по причинам, с которыми мы сейчас боремся. В этом случае следствие ведется по упрощенной процедуре, основываясь на этих материалах. В других, как ваш, например, сложнее, точнее сказать, несколько длиннее. Проводим разъяснительную беседу, так сказать…
– Итог, которой предрешен, – мрачно закончил предложение подследственный чиновник.
Сотрудник комитета, взглянув на свои наручные часы, ответил:
