Притчи народных культур рассказывают о различных проблемах, и каждый может решить для себя, какая притча ему нравится. Сама притча несет в себе скрытый смысл. Приятного чтения.
Даосские притчи
Жил когда–то в давние времена один из клана «Ветви дерева», и он страстно желал победить в ежегодных состязаниях своих старших братьев прославленных мастеров боевого искусства.
Решил воин попросить совета у Священной Птицы – Хранительницы Чёрного Камня. Выполнив положенный ритуал приветствия, юноша поведал Птице о своей мечте и попросил дать совет, как достичь поставленной цели.
– Путей для исполнения этого желания очень много, – ответила Каменная Птица, – но большинство из них пролегают по судьбам твоих братьев и по твоей судьбе. Пути, идущие через судьбы старших братьев, ты не пожелаешь использовать, поэтому придётся выбирать путь, пролегающий через твою судьбу.
– А какие пути я не пожелаю использовать? – спросил воин.
– Тебе не доставит радости победа, доставшаяся случайно и не принесёт удовлетворения подаренная победа. Стоит ли приводить ещё примеры?
– А что ты, о Птица, подразумеваешь под путями, пролегающими через мою судьбу? – спросил юноша. – Сам я вижу только один путь – это Путь Познания, который я должен одолеть, подобно своим братьям, но для исполнения моего желания у меня не хватит ни времени, ни сил.
– Любой путь можно сократить, – сказала птица.
Вдруг небо потемнело, и неожиданно резкий порыв ветра встопорщил перья Каменной птицы. Хранительница Камня, чуть расправив крылья, повернулась грудью к ветру. Словно яркая молния пронзил разум воина образ Птицы с расправленными крыльями. С того самого дня юноша начал долгие и упорные занятия, во время которых он отрабатывал передвижения, управляя телом, руками.
Через два года на очередных состязаниях воин добился исполнения своего желания, а боевое искусство клана «Ветви дерева» пополнилось такими приёмами, как «Каменная Птица, подхваченная ветром», «Каменная Птица опирается на крыло» и многими другими.
Путь возвращения к подлинному
Пришло время осеннего разлива вод. Сотни потоков устремились в Жёлтую Реку, и она разлилась так широко, что на другом берегу невозможно было отличить лошадь от буйвола. И тогда Дух Реки Хэбо возрадовался, решив, что в нём сошлась красота всего мира. Он поплыл вниз по реке на восток и достиг Северного Океана. Долго смотрел он на восток, но так и не увидел предела водному простору. Повертев в недоумении головой, глядя на раскинувшуюся перед ним ширь, он сказал со вздохом Духу Океана по имени Жо:
– В народе говорят: «Узнал сотую часть Пути и уже мнит, что не имеет себе равных». Это сказано про меня! Мне приходилось слышать, как свысока судили об учёности Конфуция и без почтения отзывались о подвиге Бои, и я не верил этому. Но теперь, видя, сколь вы могучи, я не могу не прийти к воротам вашего дома, иначе мне суждено вовеки быть посмешищем в глазах великих мужей!
– С лягушкой, живущей в колодце, не поговоришь об океане, ведь она привязана к своей дыре, – отвечал Дух Океана Жо. – Летней мошке не объяснишь, что такое лёд, ведь её разумение ограничено сроком её жизни. С учёным, забившимся в угол, не поговоришь о Великом Пути – ведь он скован своим учением. Ты сейчас вышел из своих берегов, увидел великий Океан и понял, как ты ничтожен. Значит, с тобой теперь можно толковать о великой истине.
В мире нет воды большей, чем Океан. Все потоки земли днём и ночью вливаются в него, а он не переполняется. С незапамятных времён через проход Вэйлюй из него выливается вода, а он не мелеет. Ни весной, ни осенью не меняется в нём уровень вод, не ведает он ни потопа, ни засухи. Невозможно даже сосчитать, во сколько раз он больше самых больших рек! И если я сам никогда не находил в этом повода для гордости, то потому лишь, что, объятый Небом и Землёю и питаемый силами Инь и Ян, я в этом огромном мире – всё равно что камешек или кустик на большой горе. Если я столь ничтожен перед лицом мира, как могу я требовать многого для себя? Но перед Небом и Землёй даже целый мир в пределах четырёх морей – всё равно что муравьиная кочка посреди огромного болота. А Срединная страна на этом свете – не более чем рисовое зёрнышко посреди просторного амбара. Мы говорим, что вещей в мире «бесчисленное множество», а человек – лишь одна из них. И перед лицом этого великого разнообразия вещей разве не кажется он всего лишь крохотной волосинкой на теле лошади? Всё то, ради чего передавали друг другу власть Пять Царей, боролись за главенство Три Владыки, чему посвящали свои помыслы человеколюбивые мужи, а мужи ответственные – свои труды, вполне в этом умещается! Бои, отвергнувший эту мелочь, прославился в веках. Конфуций, рассуждавший о ней, прослыл великим учёным. Эти люди считали себя величайшими мужами земли. Но не таков ли и ты сам, посчитавший себя величайшей пучиной мироздания?
– В таком случае должен ли я считать великими Небо и Землю, а малым – кончик волоска? – спросил Хэбо.
