– Тетка совсем не в себе, – продолжила собеседница. – Но прикол не в этом, а в том, что у нее рентген показал затемнение, реаниматологи решили уточнить характер процесса и при бронхоскопии из правого верхнедолевого бронха извлекли презерватив!
– Мать честная! – ахнула медсестра «приемника». – Как он мог там оказаться? Неужели из влагалища проник?
– Ну ты даешь! – отделенческая медсестра постучала указательным пальцем по лбу. – Ты анатомию вообще учила? Николай Леонтьевич предположил, что она вдохнула его во время орального секса. Увлеклась, сделала глубокий вдох и не заметила, что безопасный секс стал опасным.
– А сама она что говорит?
– Я интеллигентная замужняя женщина, а вы меня о каких-то гадостях спрашиваете! – пробасила собеседница, подражая голосу пациентки. – Прикинь, она попросила объяснить ей, что такое «оральный секс». Я же говорю – совсем не в себе тетка!
Мораль сей притчи настолько цинична, что автор не рискнул ее здесь привести, опасаясь травмировать своих любимых читателей.
Как-то так.
Первый раз Аллочка вышла замуж по приколу. На выпускном вечере Гоша Розанов вдруг бухнулся перед ней на колени и в стихах, довольно, надо сказать, корявых, попросил ее руки. Все так и ахнули, Аллочка – громче других.
«А почему бы и нет? – подумала Аллочка, глядя в широко раскрытые глаза Гоши. – Симпатичный мальчик, из хорошей семьи и влюблен без памяти…».
Гошина любовь была приятной, необременяющей. Другие парни вели себя словно назойливые петухи – провожали своих пассий до школы и обратно, задирали любого, кто, по их мнению, представлял опасность, распускали руки при каждом удобном случае, а Женька Смирнов пытался уговорить Любу Васильеву на такие гадости, о которых даже подумать противно. Гоша ничего подобного не делал и никаких прав на Аллочку не предъявлял. Признался в любви в начале девятого класса, сказал, что готов ждать сколько нужно и ждал очень тактично, когда нужно, оказывался под рукой, а когда не нужно – отступал в сторону. А тут видишь ли – подготовился, стихи сочинил и даже колечко с камушком припас… Откуда только взял? У матери позаимствовал?
– Я согласна! – громко сказала Аллочка, обводя присутствующих торжествующим взглядом; выйти замуж первой из класса считалось среди девчонок весьма почетным, а она оказалась первой из всего потока – вряд ли кому еще на выпускном сегодня предложение сделают.
– Горько! – закричала не к месту Дианка Канторович, которая всегда все делала невпопад.
Гоша не смутился – взял Аллочку за плечи и поцеловал в губы…
Для того, чтобы окончательно разобраться в своих чувствах, Аллочке хватило двух месяцев совместной жизни. Как только улеглись восторги, ей стало ясно, что она Гошу не любит, совсем, вот нисколечко. «Ничего страшного, – успокаивала себя Аллочка. – В браке всегда так – один любит, а другой позволяет себя любить. Лучше уж так, как есть, чем наоборот… Гоша ответственный, добрый, спокойный, некурящий – не муж, а мечта!». Но на самом деле мечта была другой. Аллочке хотелось страстной, пьянящей любви, от которой сердце бьется в упоенье, а в животе порхают бабочки. Секс с Гошей был ровненьким-хреновеньким. Какие бабочки? Оргазм не пришлось симулировать – и хорошо!
