Перед уходом Абдул-Баха сказал, что в мире существует могущественная сила, еще не открытая человеком: «Мы должны молить Господа, чтобы эта сила не была открыта до тех пор, пока люди не станут духовно зрелыми, иначе, если она попадет в руки людей недостойных, то сможет разрушить всю Землю».
Один путешественник направлялся через Исфахан в Лондон на встречу с Абдул-Баха. Об этом узнал бедняк-рабочий бахай. Глядя на путешественника, который едет к любимому господину и скоро увидит его, он так разволновался! Ему захотелось что-нибудь передать Абдул-Баха с любовью. Но не было ничего подходящего, и тогда он попросил взять свой скромный обед, завернутый в платочек.
Прошло много дней, прежде чем путешественник добрался до Лондона. Он пришел к Абдул-Баха, когда тот собирался позавтракать с гостями, и честно вручил ему подарок рабочего, рассказав о его просьбе.
Абдул-Баха развязал платок. Там был кусочек сухого черного хлеба и сморщенное яблоко. Абдул-Баха разломил хлеб на маленькие кусочки и предложил гостям разделить с ним обед рабочего со словами: «Съешьте со мной этот скромный дар любви». Свой собственный завтрак он оставил нетронутым.
Абдул-Баха никогда не искал почестей для себя. Однажды, миссис Флориан Кинг сказала ему: «О, господин! Для меня Вы воплощаете и Баха-Уллу, и Магомета, и Иисуса и Будду».
Абдул-Баха протянул к ней руки, женщина устремилась навстречу и, глядя в его глаза, которые светились неземным светом, воскликнула: «О господин! Позвольте мне поцеловать Вашу руку!»
«Нет, дочь моя, — улыбнулся Абдул-Баха, — это непозволительно. Нельзя поклоняться личности; важен только Свет, но не лампа, из которой он льется».
Однажды Абдул-Баха задали вопрос: «Будет ли этот несчастный мир когда-нибудь счастливым?»
Он ответил: «Почти две тысячи лет прошло с тех пор, как Иисус Христос учил свой народ молитве: Да приидет Царствие Твое, да будет Воля Твоя на земле, как и на Небесах. Неужели вы думаете, что он завещал бы вам молиться за то, что никогда не придет?»
В мире насчитывается около 300 различных религий и более 10 тысяч сект. Последователи каждой из них утверждают, что именно их направление единственно истинное, а все остальные — ложные, поэтому человечество до сих пор не может найти общий духовный язык. Однако, как утверждает Авеста, единая вера уже существовала на Земле в период Золотого века и продолжает существовать и сейчас, глубоко спрятанная в наших душах. Нужно устремиться к ее поиску и Единству и тогда наступит Рай на Земле.
Для этого человек должен освободиться от всех предрассудков, предубеждений и результатов своего собственного воображения, лишь тогда он сможет беспрепятственно искать истину. Если все ищущие будут следовать этому принципу, то они смогут ясно увидеть истину.
В стародавние времена, когда речь впервые затрепетала на моих устах, я взошел на святую гору и воззвал к Богу:
— Господи, я твой раб. Твоя сокровенная воля — закон для меня и Тебе буду я повиноваться до скончания века моего.
Но не ответил Бог — пронесся, подобный буре.
Через тысячу лет, взошедши на святую гору, я вновь воззвал к Богу:
— Творец, я — Твое творение. Из глины вылепил Ты меня и Тебе я обязан всем, что я есть.
Не дал Бог ответа — унесся, подобный тысяче быстрых крыльев.
Через тысячу лет я поднялся на святую гору и вновь воззвал к Богу:
— Отче, я — Твой сын. По милосердию и любви своей родил Ты меня и в любви и поклонении я наследую Твое царство.
Не дал Бог ответа — исчез, подобный туману, павшему на дальние холмы.
Еще через тысячу лет я поднялся на святую гору и вновь воззвал к Богу:
— Мой Боже, моя цель и мое свершение; я — Твое вчера, а Ты — мое завтра. Я — Твой корень в земле, а Ты — мой цветок в небесах, и вместе возрастаем мы пред лицом солнца.
Тогда Бог преклонился ко мне и прошептал на ухо сладостные слова, и точно море, вбирающее в себя бегущий к нему ручей, Он обнял меня.
И когда я спустился в долину, Бог тоже был там.
Один юноша еще в детстве слышал о необыкновенном городе, где все живут согласно Писанию. Достигнув совершеннолетия, он решил отправиться на поиски своей мечты.
Путь предстоял неблизкий. Он припас все необходимое в дорогу и пустился в путь. Спустя сорок дней показался город; юноша вошел в него.
Город был хорош: повсюду царил идеальный порядок и чистота, но его поразило, что у всех, кого он встретил, было по одной руке и одному глазу.
— Возможно ли, чтобы все до единого жителя имели одинаковые увечья?
Он начал замечать, что и они удивлены не менее его, потому что смотрели на его две руки и оба глаза, как на преславное чудо.
Человек осведомился у них:
— Не тот ли это Благословенный город, где все живут согласно Писанию?
