— Посмотрите хорошенько, господин судья! Там наверху, в небе, одна луна, и вот другая, в воде. Видите ли вы, господин, две луны? Обе они красного золота, обе круглые и полные!
И тогда судья приказал должнику, не сходя с места, уплатить свой долг.
Потерял богач кошелёк, где было двести золотых монет, и поклялся: «Кто найдёт кошелёк — получит ровно половину монет». Один из его слуг нашёл кошелёк и вернул ему. А богач был очень жадный, он сразу же позабыл о своём обещании и не захотел дать своему слуге сто золотых. Чтобы отделаться от него, он сказал слуге:
— Кроме этих золотых монет в кошельке был драгоценный камень. Верни его, и получишь свою долю.
Пошёл слуга к судье и рассказал ему всё как было. Судья пригласил обоих в суд.
— Ты говоришь, что у тебя в кошельке было двести золотых и драгоценный камень, — сказал судья богатому, — а в этом кошельке нет камня, значит, это не твой кошелёк. Отдай его слуге, пока не найдётся хозяин. А ты продолжай кричать, что потерял кошелёк с двумястами золотыми и драгоценным камнем. Может быть, он найдётся.
Тогда, не говоря ни слова, богатый отдал слуге сто золотых, да ещё заплатил десять золотых штрафа.
Будда умирал. Сорок лет он шел, и тысячи следовали за ним. Теперь он умирал. Он сказал:
— Это мой последний день. Если у вас есть, что спросить, спрашивайте. Настал час, когда каждый должен идти своим путем.
Беспросветная тьма окутала учеников Будды. Ананда — любимый ученик — заплакал, как дитя. У него из глаз катились слезы.
Он ударял себя в грудь, почти помешавшись.
— Что ты делаешь, Ананда? — спросил Будда.
— Что нам теперь делать? — ответил Ананда. — Ты был здесь, мы шли в твоем свете. Все было безопасно и хорошо. Мы совершенно забыли, что есть тьма.
В следовании за тобой все было светом. Теперь ты уходишь. Что нам делать? — И он снова принялся плакать и стенать.
— Послушай, — ответил Будда. — Сорок лет ты шел в моем свете и своего не смог достигнуть. Думаешь ли ты, что если бы я прожил еще сорок лет, ты бы достиг своего света? Чем дольше ты идешь в заимствованном свете, чем больше подражаешь, тем больше ты теряешь. Лучше мне уйти.
Последние слова, слетевшие с уст Будды, были:
— Будьте сами светом для себя.
Один бедняк пришел к богачу и попросил дать ему во временное пользование небольшой кусок земли.
— Этот кусок земли давно заброшен и никем не обрабатывается, — сказал крестьянин, — a у меня большая семья.
Богач задумался.
— Ну ладно, — сказал он, — я дам тебе эту землю. Но только в том случае, если ты выиграешь наш спор.
— Какой спор? — спросил бедняк испуганно.
— Мы будем спорить без слов, — сказал богач. — Я буду говорить с тобой жестами, а ты жестами отвечай.
Богач показал бедняку один палец. Бедняк, недолго думая, показал ему два пальца. Богач удивился.
Ну, надо же, — подумал он, — как мудро этот бедняк ответил на мой вопрос. Я показал ему, что Бог один, а он ответил мне, что мир двойственный.
Теперь богач положил на стол яблоко.
Жизнь — это рай, — хотел сказать он.
Бедняк порылся в своей сумке и положил рядом с яблоком луковицу.
Но есть в нем и слезы, — «прочитал» послание богач.
— Ты выиграл! — воскликнул богач. — Забирай землю.
Бедняк пришел домой счастливый.
— Ну что? — спросила жена: — Дал он землю?
— Да, — ответил бедняк, — я выиграл ее в споре.
— В каком споре? — удивилась жена.
— Мы говорили с ним не словами, а жестами, — объяснил жене бедняк.
— Сначала он показал мне палец, что означало: — Я выколю тебе глаз.
Я не растерялся и показал ему два пальца: — Я выколю тебе оба глаза.
Тогда он удивился и достал яблоко, что означало: — Это мой завтрак.
Я же выложил, на стол луковицу:
— А это — мой.
После этого он сказал, что я выиграл, и отдал мне кусок земли.
Некая красивая женщина повела своего мужа к кадию и стала жаловаться, что муж не справляется со своими обязанностями:
— Я не могу губить свою молодость, — говорила она, — молодость не вещь, которую можно продать и потом купить.
Кадий — большой шутник — спросил мужа:
— Почему ты не удовлетворяешь свою жену?
— Клянусь Аллахом, я стараюсь как могу, — оправдывался тот.
— Ничего и знать не хочу, — упорствовала жена. — Если каждую ночь он не будет стучаться во врата этого серебряного дворца пять раз, то придётся найти для этого дворца другого владельца.
— Я не могу более трёх раз входить в этот священный храм, — пытался отвертеться муж.
— Я осведомлён в делах судьбы, — сказал кадий, — и готов отдать вам часть своего имущества, чтобы прекратить вашу тяжбу. Поэтому я беру на себя две очереди, чтобы прекратить ваш спор.
— Да продлится жизнь твоя, Мелик! — сказал мясник Али. — Этот человек украл мои деньги, а говорит, что не брал. Когда я продавал мясо, только он стоял у прилавка, больше никого не было.
— Что же мне теперь делать? — растерялся Мелик-Шахназар. Ведь на твоих деньгах не написано твоё имя. Все деньги схожи. Как же я угадаю, чьи это деньги — твои или его?