Притяжение солнца (СИ) полностью

========== one ==========

Эрен любит находиться в центре внимания, любит похвалу и комплименты, любит разбрасываться громкими словами и проносить огневиски на школьные вечеринки. Не то чтобы Леви хоть раз побывал на шумных подростковых пьянках, но наслышан.

Эрен постоянно в движении, особенно на уроке защиты от тёмных искусств — там ему нет равных в самодовольстве и самолюбовании. Леви признаёт, что Йегер хорошо обращается с заклинаниями, гибко обходит противника, провоцирует колкими фразами и заводится с полуоборота. Он жутко гордый, поэтому все в Хогвартсе осведомлены, что Эрен — та ещё заноза в заднице.

И, к великому сожалению, Мерлин бы его побрал, эта заноза решила застрять в его, Леви, заднице.

— Твой Солнечный Лев опять подрался с Жаном-получу-по-морде-с-удовольствием.

Ханджи — сокурсница с Когтеврана — очень любит давать каждому кличку, собирать сплетни и взрывать котлы во имя науки, что делает из неё оружие массового поражения. Леви не понимает, каким образом они начали общаться (Зое утверждает, что они лучшие друзья, Аккерман отнекивается от этого, как может), потому что терпеть одного Эрена — уже незаслуженное страдание.

— Эй, Коротышка, ты слушаешь? — Ханджи не отстаёт от него, тянется руками через его тарелку, чтобы достать булочку с корицей. Рукав её пыльной мантии задевает жаркое, и Леви задумывается, почему вообще пускает её сидеть за слизеринский стол.

Он даёт ей лёгкий подзатыльник.

— Да, — спокойно лжёт Аккерман, переведя взгляд на гриффиндорцев, которые скопились около Эрена. С отвращением Леви отодвигает от себя тарелку с нетронутой едой и с таким же чувством думает о Йегере и его любви к себе.

— Эрвин-большие-брови-староста передал, что на этот раз вызовут его родителей.

— Меня это не волнует.

Ханджи знает, что он прав, но продолжает давить:

— Солнечный Лев заявил на тебя свои права ещё на первом курсе.

И Леви вспоминает об этом каждый раз с искренним сожалением.

Когда он перешёл на второй курс, прослыв местным Слизеренским Холодным Королем, как любила его называть, конечно же, Ханджи, то его жизнь круто изменилась. В поле зрения появился первогодка (хотелось бы Леви добавить, что мелкий первогодка, но, к глухому раздражению, этот придурок оказался младше и выше), который буквально сбил Аккермана с ног, повалил на пол, завис, рассматривая его лицо, и самым милым и наглым голосом произнёс: «ты будешь моим».

Слишком громкий хохот выводит Леви из задумчивости, и он обращает внимание на горло Эрена, как двигается его кадык, пока он смеётся, запрокинув голову.

Эрен строит из себя горделивого принца со свитой, хоть и старается быть приятным с ними. У него это, несомненно, получается, но почему-то никто не видит правды.

— Он добивается тебя уже на протяжении шести лет.

— Похуй.

— Леви.

— Похуй.

— Его могут отчислить.

— Похуй.

— Он закончит жизнь самоубийством.

Леви поворачивается к Ханджи лицом и хмурится.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? — тихо и угрожающие интересуется он. — Подтер ему сопли? Сказал, что обижать других нельзя? Отшлепал за плохое поведение, а потом дал леденец? Что ты ждёшь от меня, очкастая?

Ханджи закатывает глаза и поправляет очки на носу с самым умным видом, который так раздражает Леви.

— Он слушает только тебя.

— Смотри внимательно на губы и запоминай. — Леви указывает на свой рот рукой и произносит по слогам: — По-хуй.

Аккермана действительно не волнует жизнь мелкого засранца. Всеобщее поклонение и благоговение перед Эреном лишний раз напоминают Леви, что они никогда не смогут быть вместе. Эрен для шумных компаний, для славы, для выпивки в кругу своей свиты, для громких заявлений, для дерзких и смертельных заклинаний, для драк, битв и для оглушительного мира вокруг. Но не для кого-то одного, и Леви готов отдать голову на отсечение, что точно не для него.

Ханджи хмурится в ответ и отводит взгляд от парня, чтобы перевести его на стол, обвешанный красными флагами. Она закусывает нижнюю губу, отчего выглядит ранимо. Леви с досадой понимает, что этот разговор неизбежен.

— Ты мог бы дать ему шанс, — тихо шепчет Зое, специально не глядя на Аккермана.

— Мы проходили это уже множество раз, Ханджи. Я не собираюсь давать шанс такому человеку, как Эрен Йегер.

— Потому что он слишком громкий?

— Потому что он высосет из меня всё, до чего сможет дотянуться.

И Ханджи молча кивает, понимая. Благоразумие — это не про Эрена.

— Тогда, может, ты просто поговоришь с ним?

Леви устало вздыхает, но молчит и до конца ужина не притрагивается к еде.

Он наблюдает за тем как шумные гриффиндорцы встают из-за стола и направляются в башню под предводительством вечно пылающего энтузиазмом Эрена. Леви направляется следом, лишь одним взглядом останавливая тех слизеренцев, которые хотели бы пойти с ним. Они послушно остаются на местах, как и Ханджи.

— Ты всегда влезаешь в забавные ситуации, — громко говорит Леви, указав на своё присутствие, когда скользит следом по коридорам.

— Только что-то ты не смеешься, — возвращает ему незамедлительно Эрен, круто поворачиваясь вокруг своей оси, будто только и ждал.