А, вот это просто – тут я могла ее чему-то научить. И стала объяснять:
– У них темнеет лицо, если в кровь не попадает достаточно кислорода. Это называется синюшность, потому что кожа приобретает синий оттенок.
– Да у нее не синяя, а скорее багровая.
– Все начинается с легкого покраснения кожи, которое можно ошибочно принять за здоровый румянец. Если пациентке становится хуже, ее кожа делается темно-красной, почти коричневой (тут я подумала о багровых осенних листьях). В более тяжелых случаях коричневатый цвет может сменится лавандовым, и такими становятся губы. Если пациентке не хватает воздуха, ее щеки, и уши и даже кончики пальцев могут посинеть.
– Какой ужас!
Я повернулась к Делии Гарретт и успокоила ее:
– Не волнуйтесь, у вас нет никакой синюшности.
– То есть кожа буквально становится синей? – уточнила Брайди Суини.
Я покачала головой.
– Я видела, как кожа лица темнеет, становясь фиолетовой, багровой, а потом даже черной.
(У найденного утром медсестрой Кавана на улице анонимного мертвеца, когда она к нему подбежала, лицо уже посерело).
– Это прямо как тайный шифр! – произнесла восторженно Брайди Суини. – Красный – коричневый – синий – черный.
– Когда я училась на курсах, у нас были… (интересно, она знает слово «мнемонический» или «аллитерационный»?) особые ухищрения, с помощью которых мы запоминали медицинские факты.
– Какие?
– Ну… например, четыре буквы «т» обозначают причины постнатального кровотечения, кровотечения после родов, – это ткани, тонус, травма и тромбоцитопения[8].
– Вы так много знаете! – восхищенно пробормотала девушка.
Я повела ее знакомить с содержимым полок и шкафов.
– Если я отдам вам бывший в употреблении металлический инструмент, вам следует в обязательном порядке его простерилизовать, мисс Суини. Опустите его с помощью щипцов в эту кастрюльку и кипятите десять минут строго по часам.
– Прошу прощения, у меня нет…
– Часы – вон там, на стене. Потом расстелите чистую салфетку – они лежат в той картонной коробке – и щипцами положите на нее прокипяченный инструмент. Если вы что-то не успели прокипятить, все можно продезинфицировать в этом тазике, куда налит сильный раствор карболовой кислоты.
– Поняла.
Но понимала ли Брайди Суини всю важность того, что я ей рассказывала?
– Когда все инструменты высохнут, перенесите их щипцами на стерильный поднос вот на этой полке – здесь все стерильное, то есть предельно чистое, готовое к использованию врачом. Никогда не дотрагивайтесь до них, пока я вас об этом не попрошу, вам ясно?
Она кивнула.
Делия Гарретт закашлялась, и ее кашель перешел в утробное уханье.
Я подошла к ней и измерила пульс.
– Как ваш желудок?
– Пожалуй, успокоился. Я думаю, что все из-за дурацкой касторки.
Но я очень сомневалась, что небольшая доза касторового масла могла вызвать одновременно понос и рвоту.
– Это просто смешно – держать меня взаперти из-за легкого гриппа, – продолжала она. – Мои детки выпрыгивают всегда точно в срок, именно в ту неделю, когда мне положено, потом я провожу в постели полдня – без каких-либо осложнений! Почему эта девушка так на меня смотрит?
Брайди Суини торопливо прикрыла улыбку рукой.
– Я не знала, что вы…
Делия Гарретт гневно сверкнула глазами, положив руки на живот.
– Вы решили, что это жир?
– На нашей двери висит табличка «Родильное/инфекционное отделение», мисс Суини, – напомнила я.
– Прошу прощения, – пробормотала она. – Я не знала, что это значит.
– Так, теперь я покажу вам, как надо мыть руки.
Она развеселилась:
– Думаю, я умею!
– Вы когда-нибудь слышали о послеродовом сепсисе? – резко спросила я.
– Конечно.
– Сепсис может возникнуть у роженицы в любой момент после родов в течение трех дней, и раньше уровень смертности от такого сепсиса был ужасающий. И наше единственное современное противоядие – это дезинфекция, то есть противодействие попаданию микробов в организм пациенток. Вы должны понять, что тщательное мытье рук может спасти жизнь!
Брайди Суини ошеломленно кивнула.
– Закатайте рукава повыше, – распорядилась я, – чтобы их не намочить.
Она заколебалась. И когда заголила правую руку, я заметила след от сильного ожога. Поймав мой взгляд, она едва слышно пробубнила:
– Кастрюля с горячим супом.
– Наверное, больно было?
Брайди Суини коротко передернула плечами, точно обезьянка.
Мне хотелось надеяться, что она не неловкая, впрочем, девушка и не производила такого впечатления. У нее были красные руки, из чего я сделала вывод, что она привыкла к тяжелому физическому труду.
– Сначала мы наливаем в тазик кипяток из этого чайника, мисс Суини, а потом добавляем холодной воды из этого кувшина.
Она опустила руки в тазик.
– Чудная теплая вода!
– Теперь берите прокипяченную щеточку для ногтей и хорошенько потрите ею руки, особенно ногти и кожу вокруг.
Я смотрела, как она моет руки.
– Потом ополосните их чистой водой и смойте все мыло. И напоследок опустите их в тазик с третьей сменой воды… предварительно растворив в ней чашку карболовой кислоты.
Я наполнила чашку карболкой и добавила:
– Такой антисептик, как карболовая кислота, вообще-то представляет опасность…
