Вернулось знакомое теплое ощущение на руке. Оно было успокаивающим и обнадеживающим.
–
Попытка пообщаться с собственным сознанием внезапно совершенно ее обессилила. Но появились ощущения. Исобел почувствовала щекотание в ноге. Что-то холодное коснулось ее груди. Она хотела крикнуть «
На мгновение она задумалась, не разбросаны ли части ее тела вокруг головы, но вернувшиеся ощущения подсказывали, что они все соединены вместе.
Ее тело все еще было единым целым, и она вполне могла жить, а не сидеть в этом беззвучном вечном аду.
Но если она позволяет себе надеяться, то должна быть готова и к возможному разочарованию, а Исобел не знала, хватит ли у нее сил выдержать его.
Ее сердце истекало непролитыми слезами, пока она молилась, чтобы этот кошмар закончился.
Смерть казалась ей более логичным состоянием, и именно поэтому она была готова принять ее. А вот жить было гораздо сложнее и требовало гораздо больше сил.
Если она мертва, то у нее больше нет вопросов.
Если жива, то их возникает слишком много.
– И все-таки я не понимаю, почему ты так… э-э-э-э… возбуждена? – заметил Брайант, когда они выходили из больницы.
Ким включила телефон и увидела, что пропустила звонок от Стейси. А она как раз хотела с ней переговорить.
Стоун нажала кнопку на телефоне и бросила ключи Брайанту. Он уже достаточно настрадался от ее манеры вождения.
– Что у тебя, Стейс? – спросила инспектор.
– Кое-что, что должно вам понравиться.
– Продолжай…
– Я разыскала адрес директора школы, в которой училась Джемайма. И у меня есть список педагогов, которые преподавали в ней в ее время.
– Отличная работа, Стейс. Скинь адрес на телефон Брайанта. И узнай у родителей Джемаймы, не было ли в школе, в которую она ходила, случаев ювенильной беременности приблизительно в то же время. – Ким продолжала разговор, пока они садились в машину.
– Уже делаю, босс. И вот еще какая штука: у нас в районе есть семь клиник, в которых применяется варфарин. Я связалась со всеми и получила список из одиннадцати мужчин, которые перестали являться на регулярные проверки приблизительно в то время, когда был найден Боб.
– Черт побери, Стейс, куда ты так торопишься? – поинтересовалась Ким. – Продиктуй мне их имена, – велела инспектор, когда Брайант уже выезжал с больничной парковки.
– Алан, Чарли, Эдвард, Джеффри, Айвор, Джек, Лестер, Малкольм, Норман, Филип, Уолтер…
Ким громко повторяла имена вслух вслед за Стейси.
– Командир, вы что, не видите, что я за рулем и не могу ничего записать?
– А память тебе на что? – сказала инспектор, оторвавшись от телефона.
Брайант покачал головой и продолжил свое дело. Он встал на светофоре на главной улице Брирли-Хилл.
– Уточним позже, – сказала Ким, закончив разговор.
Она посмотрела налево, потому что Брайант резко затормозил перед группой мальчишек-подростков, которые выскочили на дорогу в шести футах от перехода.
– Боже, иногда я…
– Притормози-ка здесь, Брайант, – распорядилась детектив, не отрывая глаз от витрин.
Сержант мгновенно припарковался на месте, которое только что освободил развозной фургон.
– Командир, ты что?..
И замолчал, увидев, где они остановились.
На каждой главной улице она была обязательно. И не важно, насколько неимущим был район и какой в нем был уровень безработицы. Для аркады с игральными автоматами в нем всегда находилось место.
– Подожди меня, Брайант, – велела Ким, выпрыгивая из машины.
Она открыла дверь и вошла внутрь помещения. Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы глаза после яркого солнечного дня привыкли к полутемной атмосфере заведения.
В ряд стояли три игральных автомата, и мужчина в джинсах и белой рубашке протирал их стеклянные дисплеи.
– Прошу прощения, – сказала Ким, подождав, пока дверь за ней закроется.
Лицо у мужчины было бледным, а улыбка открытой.
– И чё надо, сладкая моя?
Ким решила не тратить время на объяснение, кто она такая. Вопрос у нее был самый простой.
– Вы здесь используете лотерейные билеты? – спросила она, осматриваясь. – Для «Бинго»[68] или для…
Она остановилась, потому что мужчина уже отрицательно качал головой.
Черт возьми, хотя шансы с самого начала были минимальные.
– Нет, сладкая…
– Хорошо. Тогда спасибо.
– Мы их давно не используем. Лет уже пять или больше, – сказал мужчина.
Хорошие и плохие новости уместились в такой короткой фразе.
– А для чего вы их использовали раньше? – поинтересовалась Ким.
– Призы. У нас была еженедельная лотерея, но мы прикрыли ее, когда бизнес сдулся.
Ким кивнула и приготовилась выйти из этого вызывающего клаустрофобию пространства.
– Спасибо за уделенное время…
– Попробуйте спросить в Мерри-Хилл. Мне кажется, там все еще их используют.
Инспектор улыбнулась и посмотрела на его именную бирку.
– Мелвин, вы мне здорово помогли. Спасибо большое, – сказала она, прежде чем выйти.
– Ты улыбаешься? – заметил Брайант, когда Ким села в машину.
