— Полинка, — прошептал он, чувствуя, что влаги на его плече не убавляется. — Если ты решишься все-таки связаться со мной, ты должна перестать этого бояться.
— Я боюсь, потому что не могу тебе помочь, — печально сказала она.
— Я бы ни за что не стал тебя расстраивать, но, к сожалению, пока я жив, мне от этого не избавиться. Поэтому тебе решать, сможешь ли ты меня такого вынести. Если не сможешь, я пойму. Только не плачь попусту и никогда не лги мне, договорились?
— Да, — проронила она чуть слышно.
— А теперь спи, чудо мое, я тебя совсем измучил.
Она еще крепче прижалась к Валерию. Тепло ее обнаженного тела успокаивало и дразнило одновременно. Она тихонько всхлипнула напоследок, засыпая, и Валерий заботливо обнял ее, с грустью думая о том, что лучше все-таки быть бедным и здоровым, чем богатым и больным. «Пожалуйста, Господи, пусть у меня будут хотя бы эти два дня…»
Субботнее мероприятие превзошло всяческие ожидания. Конечно, ралли губернского масштаба не могло идти в сравнение с этапом «Формулы-1» или иными соревнованиями международного класса, но Полина быстро перестала сравнивать то, что она раньше видела на экране телевизора с тем, что происходило на стартовой прямой около озера. Да в сущности, даже если и сравнивать, то общего было больше, чем различий.
Те же толпы — пусть малочисленные — восторженных болельщиков, беспокойно гудящих в ожидании старта, те же облаченные в яркие форменные футболки маршалы с флажками, ну и разумеется участники соревнований, встающие на стартовые места — все, как на настоящих больших гонках.
Полина и Валерий стояли неподалеку от стартовой прямой, тянули через трубочки горячий кофе из герметично закрытых пластиковых стаканчиков. Они снова проспали. Завтракать в ресторане отеля было уже некогда. Поэтому прямо на холме Валерий купил у лоточников пару гамбургеров, а потом кофе.
— Я, конечно, прошу прощения за это безобразие, — Валерий скорчил презрительную мину и помотал пустым стаканчиком. — Но это все же лучше, чем ничего.
— Ладно, проехали, — отмахнулась Полина. — Оторвемся по полной за обедом. Слушай, а где Илья?
— А, не обращай внимания, у него здесь свои погремушки, — беспечно ответил Валерий.
Утром ничто не напоминало о ночном приступе. Валерий был, как обычно, бодр, весел, разговорчив и охотно показывал на правах «старожила», что тут к чему.
Валерий оделся почти как на зимнюю прогулку, даже шерстяную клетчатую кепку надел. Полиной он остался недоволен: ему все казалось, что она вот-вот замерзнет.
— Так, стоять мы не будем, чтобы ты не окоченела. Давай пройдемся.
— Пойдем, посмотрим на машины на старте, — предложила Полина.
— Разумеется, — согласился Валерий. — После двухсот километров гонки они будут уже ни на что не похожи. Если уж любоваться машинками, то именно сейчас, пока они при полном параде.
Они медленно побрели в толпе вдоль стартовой решетки к первому ее ряду. «Рено» и «Форды», «Мицубиси» и «Субару», отягченные тюнингом и покрытые боевой раскраской, выстраивались в установленном порядке.
Вдруг прямо за спиной Полины кто-то рявкнул раскатистым баском:
— Валери!
Они обернулись. Невысокий полный молодой мужчина в гоночном бело-зеленом комбинезоне весело хлопнул в ладоши и полез к Валерию с объятиями.
— Юрки, старина! — Валерий охотно обнялся с незнакомцем, они оживленно заговорили между собой по-английски, изредка вставляя финские слова.
— Ты сегодня с дамой? — важно осведомился синеглазый Юрки, с любопытством заглядываясь на Полину.
— Юрки, познакомься! Полина… Полина, это Юрки, отличный парень. Сегодня мы будем за него болеть.
Полина подала руку отличному парню. Он торопливо стянул замшевую гоночную перчатку и осторожно пожал Полине руку.
— Юрки, шлем забери, — по-английски произнес совсем рядом знакомый голос. — Я тебе что, носильщик?
Полина резко обернулась.
За ее спиной стоял Илья в таком же бело-зеленом комбинезоне и, держа в одной руке черно-белый шлем, протягивал финну второй, черно-желтый. Юрки взял свой шлем и швырнул в него перчатки:
— Извини, Элайя, спасибо.
— Добрый день, — сказал Илья, глядя на Полину.
Она молчала. Трудно сказать, что ее поразило больше. То, что Илья будет лично участвовать в ралли, или то, что он так хладнокровно хранил этот секрет до последнего.
— Полинка, ты что, не узнаешь его, что ли? — рассмеялся Валерий.
Не окликни их Илья, она действительно бы его не узнала. В стеганом комбинезоне стройная худощавая фигура Ильи казалась немного мощнее, чем в обычной одежде.
— А ты не только полиглот, ты еще и конспиратор, — сказала Полина Илье.
Он пожал плечами, прижал одной рукой рыжие кудри, а другой натянул на голову трикотажный подшлемник.
— Ну почему, я же не прячусь, — возразил он. — Просто не было причины об этом рассказывать.
— Так вы с Юрки…
— Да, мы сейчас стартуем. Это наш последний шанс в этом году, — по-английски пояснил Илья, видимо, чтобы Юрки понял беседу. — Сезон не задался…
— Э-э, нет, Элайя, — жарко возразил Юрки. — Сегодня мы будем на подиуме!
— Мест на подиуме всего три, — отозвался Илья, глядя Полине в глаза. — Но, конечно, мы надеемся на лучшее…
