В друзьях скрываются враги.
И выцветали в небе краски,
Сжимали тягостно тиски.
Столь пережить ему досталось…
И вынес он один урок.
Так беспощадно губит жалость,
И высшей силой только Бог.
Пески его учили жизни,
Как победить и выживать.
И в такт коню стучали мысли,
Он не позволит убивать.
И годы, сотканные в сети…
Познавший боль и он эмир.
И не свистели его плети,
Он у народа стал кумир.
Взошла звезда на небосклоне,
Так освещая собой даль.
И он уже сидит на троне,
Дух бедуина – плоти сталь.
Суровый взгляд теплеет к делу,
И закрутилась та спираль.
И укрепил народа веру,
Так высоко подняв мораль.
Свершений пройдённые будни,
Как изменилось все вокруг.
И главным что? Так это люди,
Они его замкнули круг.
И небеса теперь и звезды,
Его соратники в пути.
Объединить он смог народы,
И показал куда идти.
И море плещет в знак волною,
И ветер шепчет, – Молодец.
Он встал великим над страною,
И стал он нации Отец.
В руках своих подняв над сказкой,
Создать сумел тогда страну.
И словом добрым, нежной лаской,
Вершил арабскую весну.
Собрал народ в кулак единый,
Где дух и сила наравне.
И путь его уже незримый…
И гарцевал он на коне,
Поводья сжав рукой суровой,
Лавину двинул перемен.
И жизнь преставав какой-то новой,
Теплом откликнулась взамен.
Гонимый страх в песках забился,
Дыханьем чистым плещет день.
Народ там заново родился…
Не стало больше деревень.
И города врастая в сказку,
В такую сказочную быль.
И он бросал в то счастье краску,
Там, где была сплошная пыль.
И нет таких примеров в мире,
Как власть радеет за народ…
И сделать смог тогда в пустыне,
Свой ослепительный поход.
Взмахнув рукой сады в пустыне,
И взгляд пронизывает даль.
Что было там… Что есть отныне,
Но только нам его так жаль…
Что кровь сворачиваясь в венах,
Кипит… Бушует как прибой.
Он в нас внутри, он в наших генах,
Отец он нации – родной.
Сжигает быль стараний тяжких,
Как высока его там роль.
Людей так мало НАСТОЯЩИХ,
Он Повелитель! Он Герой!
Сомнений тень сквозит умами,
Как невозможное создать?
И небоскребы городами…
Садами стали расцветать.
Закат, когда, меняя силу,
Тихонько превращался в ночь.
Художник бог писал картину,
И красотой стремясь помочь.
Народу что плутал в потёмках,
Влача суровый свой уклад.
И создал он на тех обломках,
На рай похожий дивный сад.
И пальмы в строй… И розы цветом,
Своим пленительным горят.
Все изменив над вечным летом,
И отвести не в силах взгляд.
Тепло зажег в арабских душах,
И совершенные мечты.
И как людей умел он слушать…
Вверх вознося из пустоты.
Таких как он не знает память,
Ему подобных не бывать…
Слова любви так больно ранят,
Народу долго горевать.
Меняют реки берега…
И кто сильней вода иль пламя?
И часто создаем врага,
И невиновного мы раня.
Вонзаем в спину острый нож,
Для торжества… Где справедливость?
И согревая в рюмке ложь,
Забыв совсем… И где же милость?
Куда в стремлении своем…
Мы так спешим скорей на плаху.
И для чего тогда живем,
Коль пожалев свою рубаху?
И мыслей скользких, и шальных,
Ну сколько раз нагонит ветер.
И думать нам за остальных…
Мир на земле совсем не вечен.
Скрывают что-то небеса,
Там у небесного прилива.
Судьба у всех была чиста,
Но зло себя сюда пролило.
И растекаясь в темноте,
Так перемазало словами.
И оказавшись в пустоте,
Мы не найдем себя глазами.
И истин выцветшая бязь,
Вся, зарастая паутиной.
И потерялась время связь,
Все превращается рутиной.
Огням, упавшим не гореть,
Свечам, погасшим – только копать.
И кто посмеет одолеть,
Ты нарисованную похоть?
Заблудших душ лесной туман,
И сырость, мгла или болото.
И правит бал уже обман,
А мы все ждем… Ведь ждем чего-то.
Там облака невидимою синью,
Скрываясь в мироздании другом.
Плывут в дали над призрачною былью,
И им одним известно, что кругом,
Блаженством роз, достоинством фиалок,
В садах где поселилась красота.
И это все шейх Заида подарок,
Его любви к народу… Чистота.
Из сказки он пришел, оставшись былью,
И свет его всегда будет гореть.
Дела одних в глаза въедаясь пылью…
Что сделал он не смеет умереть.
Морской прибой там, где волна не уставала,
И Абу-Даби загорается огнем.
И корабли мигнут вдали совсем устало,
И странный путник вдруг задумался о нем.
О том, кто мог тогда, когда другие,
Наживу тщетно прятали в мешки.
Он мыслей чистоту в дела благие,
И нищету так зажимал в тиски…
Народ воскрес… Зачем другого рая…
О том мечтать не думали они.
Сомнений тень в стремлениях сгорая,
На том кусочке сказочной земли.
Все создал он… Отцом стал для народа…
И солнце поклоняется ему.
Так ждёт оно над той страной восхода,
И выжигает беспощадно тьму.
Сады цветут и много райских птичек,
Щебечут, не смолкая о своем.
Он на земле смог выйти из кавычек…
И думал ночью – созидая днем.
Как перемены изменили время,
За мало лет так вырвались вперед.
Аллах помог… Иль сам свои стремленья…
Он жизнь свою положит за народ.
И город сад… И сказка в сказке,
Где все сплетаются мечты.
По Богом созданной указке,
Дыханье нежной красоты.
И рай земной… И струны лиры,
И пробуждения река.
