Недоумевая, отчего он побледнел, я оглядела кабинет, увидела на подоконнике “Перье”, подошла к окну, схватила зеленую бутылку, но открыть не успела, потому что в кабинет ворвалась молодая женщина в ярко-синем брючном костюме.
– Лева, – начала она, – как ты считаешь… Что с тобой? С сердцем плохо? Толстяк кивнул.
– Где нитроглицерин? – вскрикнула вошедшая.
Лева указал глазами на стоящий в углу портфель. Девушка быстро подскочила к кейсу, ловко вытащила из его глубин пластмассовый футлярчик, вытряхнула на ладонь белую крупинку, потом подлетела к Леве, засунула в него лекарство и бодрым голосом заявила:
– Не стоит волноваться, погода меняется, давление скачет, вот тебе и поплохело.
– Нет, – бормотал Лева, – никакой циклон тут ни при чем! Вот она только что сказала… Она…
– Что, – вскрикнула девица, – что тебя так напугало?
– Она… она сообщила, будто ты убита!
– Я! – взвизгнула девица.
– Ты, – шептал Лева, белый до синевы, – она милиционер, майор, сказала: Надя Колпакова умерла, вернее, ее убили.
Бутылочка “Перье” выскользнула у меня из рук.
– Вы Надежда Колпакова?
– Она самая.
– Оценщица салона “Афина”?
– Именно.
– Любовница Левы Яшина?
– Я его гражданская жена, – оскорбилась девушка.
Но мне было не до ее амбиций.
– Вы сестра Алексея Колпакова?
– Да, черт возьми, в чем дело?
– Но кто же тогда погиб в книжном магазине “Офеня”? – вырвалось у меня. – Кого засунули в шкафчик?
Надя всплеснула руками:
– У вас там, в милиции, все кретины? Я сто раз объясняла десяти разным людям. Убили Ксению Шмелеву!
– Но она была одета в вашу одежду! Я видела фото.
– Кто ты такая? – оскалилась Надя. – А ну, немедленно показывай документы. Это Леве можешь баки заливать про милицию. Он у нас наивный человек, просто большой ребенок, но со мной такие номера не пройдут! Давай удостоверение! Перепугала мне мужика, между прочим, у него больное сердце!
Я плюхнулась на стул.
– Только не кричи, сейчас все объясню.
– Давай живей!
– Лучше будет, если мы поговорим вдвоем.
– У меня от Левы секретов нет! Я тихо спросила:
– Значит, можно про все спеть: про дом в Калинове, про Олега Рогова, про Красавчика, про Юру-“копателя”, извини, отца Иоанна…
Надя осеклась, потом совсем другим тоном предложила:
– Пошли, выпьем кофе в моем кабинете.
– О чем она тут болтает, Наденька? – поинтересовался толстяк.
– Не бери в голову, Левушка, – быстро ответила Надя, выталкивая меня в коридор, – это моя старинная приятельница, отвратительная шутница. Решила пошутить.
– А, – улыбнулся белыми губами толстяк, – ну и напугала же она меня! Чуть не умер. Представляешь, Наденька, она сказала, что тебя убили! Вот ужас, как же я без тебя смогу?
Надя подбежала к Леве и нежно поцеловала гору сала.
– Не волнуйся, милый, я никуда не денусь. Лучше отдохни спокойненько. Ну-ка, давай, садись к компьютеру. Где у тебя “Герои битв”?
– Здесь, – щелкнул мышкой толстяк.
– Поиграй, расслабься, велю, чтобы Вика никого к тебе не пускала!
Лева кивнул и уставился в экран, где носились рыцари в доспехах.
– Иди сюда, – прошипела Надя и, пребольно ухватив меня за запястье, поволокла в другой конец коридора. В крохотной комнатенке, где, кроме письменного стола, с трудом уместились два стула и шаткая этажерка с бумагами, Надя гневно заявила:
– Ты отсюда не уйдешь, пока не объяснишься. Впрочем, – добавила она чуть-чуть иным тоном, – я великолепно знаю, что тебя подослала Анька!
– Кто?
– Бывшая жена Левы, Аня, надеется, что Левушку инфаркт разобьет и ей вся квартира достанется. Вот ведь сволочь! Знает о его больном сердце и нанимает таких дряней, как ты. Жаль, что Лева такой добрый. Нужно было милицию вызвать.
Я тяжело вздохнула:
– Вы ошибаетесь.
– Да? – подбоченилась Надя. – В чем же, интересно? Анька решила от квартиры отказаться?
– Я незнакома с бывшей супругой вашего любовника!
– Гражданского мужа, – побагровела Надя. В мои планы не входило злить Колпакову, поэтому я быстро добавила:
– Хорошо, хорошо, гражданского мужа. Я вообще сюда не за этим пришла.
– А за чем?
– Уж извините, за последнее время я узнала много ваших тайн, но, поверьте, никогда не воспользуюсь ими для шантажа.
– Кто вы, черт побери?
– Частный детектив, – сообщила я и, увидав ставшее еще более злым лицо Нади, добавила:
– Вернее, любитель. Или… Погодите, сейчас все объясню.
Целый час я объясняла Наде, как кропотливо искала… ее убийцу. Выложила на стол российский и французский паспорта, вытащила из кошелька “платиновую” кредитку…
Надюша повертела в руках карточку, выданную банком “Лионский кредит”, и сообщила:
– Видела такие штучки у клиентов. Если не ошибаюсь, у вас прорва денег на счету!
– Правильно.
– Зачем тогда занимаетесь сыском? Я пропустила бестактный вопрос мимо ушей и задала свой:
– Погибла Ксения Шмелева? Кто она, почему оказалась в магазине? Можете объяснить?
Надя вздохнула:
– Однако вы въедливая! Такое раскопать! Про дом и Олега Рогова. Теперь понятно…
– Что?
– Олег вчера позвонил мне домой. Надя сняла трубку и не успев сказать “алло”, услыхала нервный вопрос:
– Скажите, после кончины Надежды осталось завещание?
– Кто это?
– Олег Рогов. Надежда заорала:
