Хлопнула дверь, и Каролинка осталась одна. Она подумала, с чего начать, и решила расставить на подносе домики. Каролинка поставила их так, что посредине получилась площадь. В каждом городке есть площадь. Или рынок. Остальные домики Каролинка разместила так, что получились боковые улочки. Выглядело это очень красиво, и Каролинка представила себе, что она совсем-совсем маленькая, такая маленькая, что может жить в этом городке. Она выбрала даже один из домиков для себя, самый нарядный — розовый с зелёной крышей. И с балконом. А потом вообразила, что она заблудилась в этом городке и не может попасть домой.
Но играть всё время в одну и ту же игру скучно.
— Может, потом я придумаю что-нибудь ещё, — решила Каролинка, — а пока почитаю.
И она стала искать в книге сказку про заколдованную королевну, которая живёт в высокой башне. Её заточила туда злая волшебница. Каролинке пришло в голову, что эта злая волшебница, наверно, похожа на Филомену. Каролинка всякий раз перечитывала эту сказку с интересом и всякий раз её трогала судьба королевны, вот и сейчас она чуть не всхлипнула. Несчастная королевна! Одна-одинёшенька, да ещё заколдованная!
— И я тоже сегодня одна-одинёшенька. Хоть бы Петрик пришёл скорей!..
Может, со скуки, а может, оттого что на неё напала грусть, Каролинка съела одно из маленьких пирожных, оставленных на тарелочке. Почти такое же вкусное, как те пирожные, которые печёт тётя Агата.
— Дорогая тётя Агата… — сказала со вздохом Каролинка и съела ещё одно пирожное, потом снова взяла в руки книжку и открыла её на той странице, где была история с королевной.
«Сидит себе, бедная, в этой башне, и нет у неё даже пирожных. Жаль, что я не могу её угостить! Но если бы… — продолжала размышлять Каролинка, — если бы она пришла ко мне, мы могли бы поиграть вместе…»
И Каролинка устроилась удобней в кровати.
Может, что-нибудь нарисовать?
Нарисовать?
— Нарисую-ка я эту королевну из сказки, — решила Каролинка и взяла в руки голубой мелок, верней, тот огрызок, который от него остался.
Нелегко было нарисовать королевну, очень нелегко!
Кружок — это голова, потом шея. Ну, шея, может, и длинновата, но ничего не поделаешь. Теперь платье. Голубое платьице так голубым и останется. Королевны, впрочем, часто носят голубые платьица — бархатные или шёлковые.
Теперь руки, ноги, волосы… Волосы немного растрёпанные, но это не страшно. Потом надо нарисовать глаза, у королевен всегда большие, голубые, потом ещё нос и губы…
Каролинке хотелось, чтоб королевна улыбалась, но это не получилось. Можно было даже сказать, что королевна чуть кривовата. Но это, по-видимому, оттого, что она сильно горюет, не правда ли? Так, теперь — корона. У королевны должна быть корона. Обязательно. Корона, правда, не удалась и сползла набок, но ничего не попишешь. И кто б мог подумать! Едва Каролинка кончила рисовать и отложила мелок, как на кровати рядышком с ней очутилась девочка в голубом платьице и со съехавшей набок короной! Волосы у девочки были слегка растрёпанные, и она смотрела на Каролинку глазами голубыми, как незабудки.
Каролинка тоже посмотрела на королевну, широко открыв глаза, только глаза у неё были, как мы знаем, зелёные.
— Не узнаёшь меня? — спросила девочка. — Ты ж сама меня нарисовала!
— Значит, ты королевна?
— Я настоящая королевна, — ответила растрёпанная девочка.
— Кажется, ты не очень удачно получилась, — скромно заметила Каролинка. — Петрик нарисовал бы лучше. Но главное, что ты вообще существуешь! Мы с тобой будем сейчас играть, хочешь?
— Играть… Я не могу играть — я заколдованная! Ты должна меня расколдовать! Ну что ты на меня так уставилась?
— Я… — ответила Каролинка. — Я ещё ни разу не видела королевны.
Она хотела сказать что-то ещё, но дверь в квартиру открылась, и почти сразу в комнату заглянула Дудкова.
— Ну что, Каролинка? — спросила она. — Ты же, наверно, голодная? Сейчас я приготовлю обед.
— Нет, я не голодная, — помотала головой Каролинка. Королевна сидела меж тем на краешке её постели и рассматривала Дудкову.
— Это девочка из вашей школы? — спросила Дудкова и посмотрела на королевну даже с некоторым подозрением. — Странный какой-то ребёнок… А корона у тебя что, с карнавала, что ли?
И, не дождавшись ответа, Дудкова отправилась на кухню.
— Мне не хочется есть! — крикнула ей вслед Каролинка.
Но Дудкова её не услышала, потому что дверь на кухню уже захлопнулась.
— Почему ты не хочешь, чтоб твоя управительница приготовила обед, почему капризничаешь? — спросила в свою очередь королевна.
— Это вовсе даже не управительница, это — Дудкова!
— Не имеет значения! — махнула рукой королевна. — Важно другое: ты не хочешь обедать, а я просто погибаю от голода! Столько лет торчу в башне и не могу толком наесться. Колдунья даёт мне всё время одну только холодную кашу! И ту — не в тарелке и не в мисочке, а на старой газете!
— Холодную кашу на старой газете! — повторила с ужасом Каролинка. — Какая жуть!
— Уж конечно… О, я вижу, у тебя тут пирожные! Сколько лет не видела пирожных!
Даже не спросив у Каролинки позволения, она с жадностью набросилась на пирожные и все их съела.
