- Интересуюсь у самой себя, смогу ли выполнить вашу просьбу.
- И?
- Хорошо, Роман, - я вздохнула. Неужели нельзя просто так погулять в лесу? Ни о чем не думая? Здесь так здорово. А запах-то, запах какой! И птицы поют... Чисто так посвистывают, звонко...
Ванечка подбежал ко мне. Сунул в руку пригоршню мятых листьев и травы. Счастливо засмеялся и побежал обратно. Невольно вспомнилось, как Мишка с Толиком швырялись в Светку листьями сирени. Листья они сминали вот точно так же, как сейчас Ванечка. Через неделю ему исполнится три года... Время летит... Он растет, я - старею...
- Знаете, Аля, а я на вас зациклился.
- Как это понимать? - я насторожилась, подобралась. Кажется, начинается.
Роман ничего не заметил. Поднял с травы и кинул Ванечке новый резиновый мячик. Ванечка чуть не захрюкал от удовольствия. Схватил мяч и зашвырнул его в кусты. И сам полез туда же. Куда? Ведь штаны порвет! И курточку!
Роман повернулся ко мне.
- Не ем. Не сплю. Думаю о вас.
Поднялся с ели. Стоит и смотрит прямо в глаза. Улыбается. Чему он улыбается, интересно? И зачем это все мне говорит? Старая любовница надоела? В том, что у него есть любовница, я не сомневалась. По повадке видно.
- Это вредно для здоровья - не есть и не спать.
- Конечно, - радостно согласился он. И опять напомнил мне Рыжего. "Ага", - радостно согласился тогда Мишка, - "И умыться". Улыбался, как сейчас Роман. Да что же это такое?
- Кажется, вы забыли, что женаты, а я - замужем.
- Я-то точно женат. А вот вы замужем только формально.
Не его это дело, формально я замужем или нет. Откуда такой смелый только выискался? Еще один бабник на мою голову. Мало мне Мишки было?
- Поедем домой, Роман. Наверное, пора ...
- Мы только приехали, - неуступчиво ответил он. - Час прошел, не больше.
Я вскочила и отошла к елочкам, росшим на краю полянки. Иголочки были мягкие. Приятно щекотали пальцы. И запах ... Я тихонько ощипывала иголочки и прислушивалась к себе, к своим ощущениям. Душа молчала.
Ответа не было. Никакого. С огнем играю! А нужно ли мне это?
- Молчите? - он подошел сзади. Взял меня за плечи. Крепко взял. Я вывернулась.
- Давайте, оставим все, как есть. Ни к чему это ...
Он с интересом меня разглядывал.
- Вы все равно никуда от меня не денетесь, Аля. Не сейчас, так позже...
Ты посмотри, какой смелый! А смелый ли? Может, просто не привык получать отпор? Вроде Рыжего? А что? Красивый мужчина с высоким положением. С большими возможностями. При деньгах. Какая юбка откажется?
- Вы всегда так самоуверенны? - ехидно улыбнулась я, подходя к поваленной ели и поднимая с травы ветровку и сумочку.
И тут он перестал улыбаться. В лице даже как-то переменился. Шагнул ко мне. Черт! Вот положеньице! Но ... Нет, он не Рыжий. Его я не боялась. И дыхание у меня не перехватывало.
- Ты думаешь, я шучу?
Интересно, когда я ему разрешила ко мне на "ты" обращаться? Что-то не припомню.
- Думаешь, очередная интрижка?
Но рук не распускает. Не смеет? Не уверен в себе? Да ... Он, конечно, не Рыжий. До брата ему далеко ...
- Не все ли вам равно, что я думаю по этому поводу?
- Мне - не все равно!
Он стоял совсем близко. И гневно смотрел мне в глаза. А у самого глаза совсем посветлели. От бешенства, что ли? Ну и агрессивная же порода - эти Кузнецовы. У Мишки, правда, наоборот - от бешенства глаза темнели, становились васильковыми ...
- Я уже сказала: давайте оставим ...
- Мама, - закричал Ванечка, подбегая. - Дядя Ломан! Там гнездо!
Предлог закончить этот опасный разговор, не ссорясь, был превосходным. Я с удовольствием полезла в кусты к Ванюшкиной находке. Гнездо оказалось пустым. Все равно интересно.
Всю обратную дорогу Роман хмуро молчал. Только в городе, высаживая нас из машины, придержал меня за руку.
- От судьбы, Аля, никуда не денешься.
- Вы уверены, что вы - моя судьба? Я - нет. Вам не приходило в голову, - сказала я сухо, осторожно высвобождая руку, - что я могу все еще любить мужа?
Он криво усмехнулся.
- Но Михаила в твоей жизни больше нет. И, надеюсь, не будет. А я здесь, рядом с тобой. Ты мне нужна. Без тебя я уже не могу. И не буду!
Ванечка подошел. Встал рядом. Округлил глаза и приоткрыл ротик. Слушал Романа внимательно. Господи, понимал бы что! Эх, не при Ванечке надо бы отношения-то выяснять. Но как-то притормозить Романа следует. Слишком уж разогнался. Широко шагает. Штаны порвет.
- В моей жизни и вас может не быть. Вы - не продукт первой необходимости. И, вообще... На лето мы отправляемся в деревню. Приезжать туда не советую. Хочется верить, что за три месяца вы прочухаетесь.
Взяла сына за руку, повернулась и пошла. Не собиралась ничего больше слушать. Ванечка увидел голубя. Рванулся за ним. Я крепко сжала его руку. Все еще внутренне бурлила.
В подъезде Ванечке удалось выдернуть свою ручонку. Он остановился и серьезно спросил, глядя на меня Мишкиными глазами:
- Мама, ты дядю Ломана плогнала? Да?
- Нет, милый.
- А лугалась ...
- Не ругалась вовсе, - рассмеялась я. - Объяснила ему кое-что, и все.
Он хихикнул и поскакал вверх по лестнице. Рыженький мой.
* * *