Артем с другом, оказавшись в трудном финансовом положении, отправляется на поиск могилы своей прабабушки, в могилу которой положили много странных и редких вещей. Но кажется эти вещи интересны не только живым…
Забуксовав всеми колесами, «Нива» остановилась посреди дороги и сразу немного отползла назад, под тяжестью своего веса скользя по грязи.
– Дальше лучше пешком, – сказал Артем и заглушил двигатель. – Иначе можем встрять тут капитально.
– Да даже если встрянем, если все получится, то я обратно хоть все сто пятьдесят километров до города на своих двоих пролечу по этой параше, – бодро ответил Андрей и улыбнулся.
Артем заглушил двигатель «Нивы», и друзья вышли из машины. До старого кладбища, располагавшегося на небольшой возвышенности, оставалось метров пятьсот. Поздняя осень превратила остаток грунтовой дороги в направление. Стояла спокойная безветренная погода, и лишь изредка в воздухе проносились маленькие, едва сформировавшиеся снежинки. Зима была совсем близко.
– Плохо, что мы тут как на ладони, – заметил Андрей и осмотрелся.
Заброшенная дорога пролегала посреди большого поля, и лишь вдалеке, по краям на горизонте, виднелась тонкая полоска леса. Машина остановилась прямо посередине поля и была явно видна со всех сторон.
– Без разницы, как мы тут, это старое кладбище, сюда никто не ходит. Да и село давно вымерло, и вообще, нам не на кладбище, – напомнил Артем.
Они осмотрелись и подошли к багажнику.
– Предлагаю пока взять только ломы, кирки и лопаты. Если понадобится что-то еще – вернемся, а может, пока копаемся, подморозит, и сможем подъехать ближе, – сказал Артем.
– Так может, сразу все-таки попробуем подъехать? Это же, блин, «Нива». Неужели не выедем? – предложил Андрей, который явно рассчитывал на быстрое приключение «туда и обратно».
– А если завязнем и за помощью идти придется, ты как все вот это вот объяснять собираешься? – ответил Артем и развел руками. – Бери ломы, я возьму лопаты, в конце концов надо найти еще то место…
Друзья взвалили инструменты на плечи и пошли по направлению чуть правее кладбища, постепенно отдаляясь от дороги. Поле было давно заброшено и успело порасти кустарниками и молодыми деревьями.
– Постой, давай вернемся на дорогу и пройдем по краю кладбища. Я так не вспомню, где именно то место, мы ведь, когда ее хоронили, не по полю шли, – сказал Артем и, не дожидаясь ответа, пошел по направлению к дороге.
Собственно, согласия Андрея и не требовалось. Только Артем знал место, где была похоронена его прабабушка. Для задуманного ему, собственно, и напарник-то не был нужен, но, пожалуй, не хватало самого главного – смелости. Вернувшись на дорогу, друзья продолжили путь до погоста и, дойдя до первых могил, свернули направо и пошли по краю кладбища.
– Сейчас вокруг немного, и где-то справа, через поле, должна быть небольшая роща в овраге, – сказал Артем.
– Давай отдохнем, – предложил Андрей. – Я уже этим железом все плечи себе отдавил.
Присесть здесь было явно некуда, они осмотрелись и направились к ближайшей могиле с высокой каменной плитой. Побросав лопаты и прочие инструменты на землю приятели сели рядом.
– Так почему все-таки ее на кладбище не похоронили-то? – спросил Андрей, как будто продолжая какой-то оборванный ранее разговор.
Пока Артем раздумывал, как сменить тему в этот раз, над кладбищем, разрушив тишину и громко каркая, пролетела стая ворон. Одна из птиц отделилась от стаи и уселась на ветку, в паре десятков метров от друзей, громко каркнула и начала внимательно рассматривать Артема.
– Не ругайся, не сюда мы, – сказал он, глядя на ворону, как будто отвечая на ее подозрения.
Птица, крутя головой, внимательно осмотрела их обоих, громко каркнула, хлопнула крыльями и полетела вслед за стаей. Артем встал, отряхнулся от снега, успевшего собраться на одежде, и начал собирать лопаты, разбросанные по земле.
– Батюшка запретил, – соврал Артем, не глядя на Андрея. – Место кончилось на кладбище. Пойдем, скоро темнеть начнет.
Взвалив на плечи инструменты, они двинулись дальше. Артем соврал, что не помнил, где была похоронена его прабабушка. Он хорошо запомнил эти места, так отчетливо врезавшиеся в детскую память. По этой же дороге они шли, когда несли гроб в сторону кладбища. Примерно в этом же месте мужики, несшие гроб, устроили привал и чуть не подрались, решая, где копать могилу. А через двести метров будет большой камень, где они увидели одинокую рощу и где и решили в итоге похоронить прабабушку. Артем хорошо помнил это чувство – чувство неправильности происходящего. Похороны прабабушки были первыми похоронами в его жизни, но, между тем, его не покидало чувство, что происходить все это должно совсем не так.
Дойдя до большого камня, приятели свернули в поле и двинулись к роще.
– Слушай, а не поздновато мы вообще сюда приперлись? Успеем до темноты-то? – засомневался Андрей.
Артем остановился и недовольно посмотрел на него.
– В смысле «успеем до темноты»? Я же тебе сразу сказал, что мы тут до утра, скорее всего.
– Да до какого утра, ты че? Могилу за шесть часов максимум копают, мы вдвоем за столько же не справимся, что ли? К вечеру в город вернемся.
