Марк снова трогает свое плечо, касается спины и вспоминает прошлую ночь. Он спас девушку, в которую незаметно, но болезненно влюбился. Ему мешает только Август, ведущий себя маленьким ребенком.
Такими же быстрыми шажками перемещаемся в комнату к Розе. Ей же звонит Дали.
– Привет, как дела? – Его голос в трубке кажется взрослее и привлекательнее. Роза подпрыгивает на месте.
– Ого, кто звонит. Никогда бы не подумала.
– Слушай, у меня завтра одно мероприятие в доме. Приходи с братом. Только надень свое самое закрытое платье и платок возьми.
– А что это ты меня зовешь? Я же ничего не понимаю в твоей религии, – делает тонкое тактичное замечание. Вспоминает все диалоги и находит противоречия.
– Лию я уже позвал.
– Августа и Рому тоже?
– Август говорит, что ему нужно подготовиться к свиданию с Лией, поэтому не придет. – Он это проболтался или всерьез сказал? Такое говорить сестре Марка? Он желает Августу больничной койки? – А Рому звать неправильно. Он еще многое должен обдумать. У него была тяжелая ночь признаний.
– А, ясно, ты уже все за всех решил, значит. Ладно, приду.
Она выключила телефон, скривилась, изобразила весь диалог снова и повторила каждое слово.
– Ты злишься, потому что он позвал всех, – язвит Марк, появившийся на пороге комнаты. Он входит во внутрь и ловит язвительное в ответ:
– Да, но придут не все. Август будет готовиться к свиданию с Лией, между прочим. Она же ему обещала один день.
– Что? – Когда Марк злой, он похож на рассерженного и ревнивого мишку, такого плюшевого, но не розового, более мальчикового, синего. Марк ужасно злится. С какой стати ей проводить день, целый причем, с этой нюней. Пора брать дело в свои руки. – Лия тоже завтра придет на мусульманский обед?
– Да, а это так называется?
– Ты не поймешь настоящего названия, лучше не спрашивай.
– Откуда все знаешь?
– Читал.
– Ты? – Удивление вдвойне обидело Марка. Вообще-то он много читает, просто не то, что нравится Розе. Комиксы и детективы, психологию, но редко.
– Да, читал. Мне был интересен Дали и его религия. Слишком необычный он для нашей школы. Может, мне тоже стать мусульманином?
– Ага. – Она выпроваживает брата из собственной комнаты и закрывает дверь перед его носом.
На потолке все еще висит плакат с кучей фотографий. Тут множество картинок из разных стран, автографов и фотографий с друзьями. Роза улыбается потолку и начинает рыться в своем шкафу в поисках закрытой одежды для мусульманского обеда.
Они стоят около двери в дом Дали. Он живет в огромном белом доме, похожем на королевский дворец.
Лия одета в светлые джинсы и длинную белую блузку. Ух ты и платок был в руках. Марк пришел в костюме. Ему шло. Тёмные волосы падали на глаза, и ему приходилось стряхивать их. Он просиял, увидев Лию, но вновь охладел, превратившись в ледяной родник, когда он вспомнил, что у нее будет свидание с Августом.
Роза стояла, закрытая в плащ. Откопала в шкафу что-то. Было холодно, но не Лие. Она уже сняла олимпийку Марка.
– Ого, да ты носишь вещи моего братца-козленка.
– Я? Да? Это случайно вышло.
Марк словно камни в рот засунул. Молчит и игнорирует комментарии. Дали открывает дверь, приветствует на арабском языке и приглашает в дом.
И вот тут-то начинается комедия. Роза скидывает с себя светлый плащ и предстает перед всеми в очень короткой оранжевой юбке и облегающей черной майке. А везде стоят мусульмане в закрытой одежде и с закрытой головой. Они мигом отворачиваются, как и Дали. Роза спокойно, легко и дерзко подходит к Дали и говорит ему в спину:
– Я не нашла закрытой одежды. Надеюсь, твои мусульмане меня примут.
– Ты смеешься? – Хватает за руку ее Лия. – Снова привлекаешь к себе внимание? Хватит. Дали по-человечески попросил, а ты надсмехаешься.
– Лия, я хочу ему назло. Это не из-за внимания. Только для него, – она говорит правду, но понимает, что привлекла внимание многих.
– Иди переоденься. Моя мама тебе все покажет. – Он все еще не поворачивается.
Роза хочет еще больше его позлить. Она делает шаг к нему и хочет обнять, но резкий поворот просто выбивает ее план из надежной колеи.
– Не издевайся так. Мне и так сложно. – Он смотрит в ее удивленные и шокированные глаза. Стоит, прикованный к ее взгляду. Ни разу не взглянул на костюмчик. – Твое сумасшествие заставляет меня раздражаться. Я всегда был спокоен, но ты меня выводишь.
Он произнес все на одном дыхании. Роза не верит в сказанное. Ее силами затаскивают в светлое помещение. Она даже опомниться не успевает.
– Смелая девушка. – Голос мамы Дали. – Но на таком мероприятии нужно быть скромнее. Я когда-то была такой же яркой, – признается она и вмиг смущается.
– Но почему сейчас вы замурованы в какое-то жутко длинное платье?
– Я нашла истинное счастье. Оно в молитве.
– Но вам же ничего не позволено. Слишком много запретов. Это же до боли скучная жизнь! – борется за свои слова Роза.
– Мой муж меня любит, постоянно балует, а я пишу картины. В зале они повсюду висят. Картины с изображением природы. Я счастлива как никогда. Ведь рядом со мной человек, который полюбил мою душу, а не внешность.
