По комнате пронёсся ледяной порыв ветра, и пламя свечи погасло. Затаив дыхание, Фанни наблюдала, как в свете луны от свечи поднимается белёсый дымок.
– Что это, Харриет?
– Молчи-молчи, – шикнула тётушка. – Сейчас появится призрак.
В кольцах дыма действительно начали проступать черты лица. Только вот это оказалась совсем не Оливия.
– О, доброго вам вечерочка, – вежливо поздоровался с ними пожилой джентльмен с пушистыми бакенбардами.
Харриет застонала, запрокинув голову.
– Мистер Адамс, – с раздражением бросила она. – Сколько раз я просила вас не мешать мне, когда я провожу сеанс связи! Если угодно поболтать, заглядывайте в магазин в час призраков, а сейчас будьте так добры, не занимайте линию.
Мистер Адамс обиженно вздёрнул нос и с тихим пыхтением растворился в клубах дыма.
– Всё испортил! – ворчала Харриет, поправляя тюрбан. – Теперь с начала начинать.
На сей раз тётушка выла «омммм» не так долго – очевидно, чакры были уже и так достаточно крепко связаны. Дуновение ветра снова потушило свечу, и Фанни напряжённо ждала, когда в дыму проявится лицо Оливии. В лунном свете тонкие струйки дыма чуть поблёскивали, как серебристая мишура, и вот в нём проступила картинка. Но, к удивлению девочки, это было не лицо, а комната. Точнее – огромная зала, у стен которой стояли рыцарские доспехи. И вот эта голограмма парила над столом, становясь при этом всё отчётливее, так что теперь Фанни могла разглядеть каждую мелочь: длинный стол со стульями вокруг него, праздничный сервиз на белой скатерти, большой камин у задней стены и огромную люстру со свечами.
Изображение слегка мерцало и дрожало, как вдруг по кухне Харриет разнёсся шёпот.
– Мост скоро проявится, – прохрипел голос, от которого у Фанни кровь застыла в жилах. – Мост скоро проявится.
Едва загадочный голос умолк, картинка снова дрогнула и блеснула. А затем рыцарская зала растворилась, и через долю секунды проявилось лицо Оливии.
По спине у Фанни пробежали мурашки.
– Э-э… что это сейчас было? – спросила она Оливию, слыша, насколько неестественно и странно звучит её голос.
– Что это сейчас было? – передразнила Оливия. – Это так ты со старыми друзьями здороваешься? – она усмехнулась и подмигнула Фанни. – Я тоже рада вас обеих видеть.
– Здравствуй, Оливия, – спокойно сказала Харриет. Она, видимо, уже привыкла к таким неожиданностям, вроде этого жуткого шёпота.
– Извини, пожалуйста, – смущённо пробормотала Фанни. – Как у тебя дела?
К счастью, о своём новом доме Оливия могла рассказать только хорошее. Похоже, ей там очень нравилось. Но Фанни её почти не слушала, потому что не могла не думать о том зловещем шёпоте.
Когда они закончили сеанс, она тут же рассказала Харриет о том, что ей слышалось и виделось, но тётя отреагировала очень спокойно.
– Так иногда бывает во время спиритических сеансов, – пояснила она. – Мне, кстати, рыцарская зала ещё не являлась. Тебе случайно не показалось это место знакомым?
– Нет, я не узнала эту комнату, – покачала головой Фанни.
– Странно, – протянула Харриет. – Я просто подумала, что это, вероятно, как-то связано с твоей аурой, понимаешь? У тебя очень мощная энергетика, это чувствовалось. Так что, если сначала ты подумала об этой комнате, то можно предположить…
– Я о ней не думала, – упрямо возразила Фанни. – Говорю же, я никогда раньше её не видела.
– Ладно, – пожала плечами Харриет. – Значит, это были просто блики.
– А голос? – спросила Фанни. – И что значит: Мост скоро проявится?
– Ты это о чём? – недоумённо спросила Харриет.
– Да о голосе же. Жуткий такой был голос, и он сказал что-то про мост…
– Что ещё за голос?
Фанни похолодела.
– Так ты не слышала? Это… это был какой-то голос… – она не знала, как объяснить.
Харриет нежно погладила её по щеке.
– Многовато у тебя за вечер впечатлений. Вот и кажется всякое. Ничего, отоспишься, и завтра уже будет лучше.
Фанни поджала губы.
Ей вовсе не было плохо, и она знала, что не выдумала этот голос. Не хотелось верить, что ей это просто почудилось. Внутри возникло нехорошее предчувствие. Будто капля чернил упала в стакан с водой, и вскоре вся жидкость стала чёрной. У Фанни было неприятное ощущение, что этот шёпот имел отношение именно к ней.
Неужели поэтому Харриет ничего не услышала? Потому что это сообщение предназначалось исключительно ей? От этой мысли у Фанни всё скрутилось внутри.
Весь следующий день она с нетерпением ждала наступления ночи. На часе призраков предстояло обсудить очень многое. Но перед этим она решила немного отдохнуть и для верности поставила будильник на мобильном. Кажется, она только-только сомкнула веки, как вдруг…
– ЙОРКШИРСКИЙ ПУДИНГ!!!
Фанни так и подскочила.
– Что? Что такое? – испуганно забормотала она, озираясь по сторонам. Язык у неё заплетался.
Аластер сидел на краю её кровати, скрестив ноги, и весело смотрел на неё.
Фанни выпрямилась и нахмурилась.
– Причём тут йоркширский пудинг?
