В его голосе слышался панический страх. Может, и не обманывает… Да если и обманывает, что это меняет? Не стрелять же в него…
Когда до земли осталось метра четыре, торпеды вдруг резко разошлись в стороны и синхронно взмыли вверх сразу метров на двадцать. От рассеянной гравитационной волны меня замутило, а человека в маскировочном костюме швырнуло вниз и с силой впечатало в тот самый столик, на котором лежал мой шлем. Столик перевернулся, шлем отлетел в сторону. Надеюсь, передатчик не сломался. Если он сломался… а что я тогда сделаю?
Человек неподвижно лежал, не подавая признаков жизни. Если не убит, то уж точно хорошо оглушен. Я посмотрел наверх. Одна торпеда куда-то делась, вторая по-прежнему висела у меня над головой. Будем надеяться, в случае чего защитит. Или, по крайней мере, выступит в роли живого щита - надо быть совсем отмороженным фанатиком, чтобы расстреливать из бластера то, что накроет тебя ядерным взрывом, когда ты в него попадешь. Даже если термояд не сдетонирует, энергоблок рванет так, что мало не покажется. Десять-двенадцать тераджоулей - это вам не хухры-мухры.
Я осторожно вышел из-за стойки, подошел к шлему, схватил его и быстро отступил назад.
- Генрих! - позвал я, почему-то шепотом. - Что случилось?
Генрих ответил вопросом на вопрос:
- Почему ты шепчешь?
Я пожал плечами, сообразил, что он не видит моего жеста, и сказал:
- Не знаю. Что случилось?
- Торпеды обнаружили четверых бойцов на антигравах, с бластерами и в маскировочных костюмах. Они двигались прямо к тебе. Троих сбили, четвертому дали подойти вплотную и взяли в плен. Посмотри, он жив?
Я подошел к слабо мерцающей бесформенной куче, некоторое время смотрел на нее, а затем пнул ногой. Куча зашевелилась и едва слышно застонала.
- Жив, - сказал я.
- Как очнется, допроси его, - сказал Генрих. - Кто таков, откуда взялся, что хотел. А я сейчас посмотрю, что во дворце происходит. Тут еще радиоперехват идет интересный, но они свои передачи шифруют, гады. Шифр временной стойкости, но все же… О! Твоя девица драпает.
- Какая девица? Лиза, что ли?
- Ага. Ты уже понял, как ловко они тебя прощупали?
- Кто? - не понял я. - Лиза? Она что, местная безопасница?
Генрих добродушно рассмеялся.
- Нет, - сказал он, - она обычная шлюха. У нее где-то в одежде радиостанция.
- В какой одежде? - не понял я. - В ее одежде и макового зернышка не спрячешь. Да и когда они успели?
- Радиостанция, вероятно, в серьгах, - сказал Генрих. - Или в каких-то еще украшениях. А когда успели - думаю, рация всегда при ней, мало ли когда большому боссу захочется поразвлечься с гурией. Короче говоря, минут за пять до конца вашего разговора торпеды засекли шифрованную радиосвязь между ней и дворцом. Весь разговор транслировался во дворец, а она, похоже, получала указания, о чем тебя спрашивать. Теперь Фатх-Али знает, что ты ни черта не смыслишь в воинских званиях, а значит, никак не можешь быть кадровым офицером. Если бы ты не ляпнул про лазеры…
- Ничего я не ляпал! - возмутился я. - И что это за лазеры такие вообще, о чем речь была?
- Начиная с одиннадцатой модели, «Шершни» оснащены лазерным дальномером, - пояснил Генрих. - На коротких дистанциях его можно использовать как боевой лазер. Когда ты сказал, что ничего не знаешь о лазерах, эти деятели решили, что наших торпед можно не опасаться, и пошли в атаку. Погоди… начали поступать данные из дворца. Займись пока пленным, а я посмотрю, что там происходит. Если что, Маша будет на связи.
- Кто-нибудь из этих тут еще есть? - спросил я. - Кроме тех четверых?
- Никого, - ответила Маша. - Можешь не бояться, никто тебя не пристрелит.
- Смотри внимательно, - сказал я. - Если что, сразу бей лазером. Я свой бластер пока спрячу куда-нибудь, а то еще окажется этот тип мастером рукопашного боя…
- Разумно, - согласилась Маша. - Давай, приступай, я слежу. Шлем положи рядом, я тоже послушаю.
Я зашел за стойку, спрятал бластер между пустых стаканов, вернулся на террасу, надел трусы и шорты (когда ты не голый, чувствуешь себя увереннее), и подошел к телу, все еще лежащему без движения.
- Вставай! - крикнул я и пнул бесформенную полупрозрачную кучу, в которую маскировочный костюм превращал тело бойца.
Тело тихо застонало и больше никак не отреагировало. Кажется, ему досталось сильнее, чем рассчитывал Генрих. Ничего, сейчас заговорит…
Пленный упорно не хотел говорить. То ли он действительно сильно пострадал, то ли умело симулировал, но ни пинки, ни прохладительные напитки, несколько бутылок которых я вылил туда, где угадывалась голова, не оказали никакого эффекта. Самое противное было то, что я никак не мог отключить маскировку костюма, а без этого мои действия были малоэффективны. Откуда я знаю, куда выливаю очередную бутылку дорогущего натурального сока - на лицо или на ноги? А если даже на лицо, оно же наверняка в шлеме…
