– Следствием установлено, что жертвами неизвестного пока преступника оказались 30-летняя Ирина Коплер и 25-летняя Людмила Петрова. На место происшествия прибыл консул РФ в Таиланде Николай Проничев. Он сообщил, что тела погибших девушек сейчас находятся в полицейском госпитале Бангкока. Оттуда их позже отправят на родину.
Бутерброд выпал из рук Натальи, и как и положено бутерброду – маслом вниз. Ирина Коплер и Люда Петрова 30 сентября улетели в Бангкок через фирму «VIP-тур»! Оформлением их путевок Наталья занималась лично, замещая приболевшую в тот день Верочку.
Погибшие в Таиланде российские туристки были ЕЕ клиентками. Взревев громче пароходной сирены, она судорожно кинулась одеваться и стартанула на работу. О том, что она не знает, как ей вести себя с Развольским, Наталья благополучно забыла.
Ты или охотник, или дичь. Или действуешь, или устало плетешься сзади.
Сегодня он ждал на беседу вторую подругу Ангелины Маркеловой. Ту, которая работала в банке. Вообще-то в день гибели Маркеловой он уже встречался с этой самой Светланой Леонидовной Цветковой. Она много курила, много плакала и вроде бы честно отвечала на все вопросы, но к концу разговора Ивану показалось, что она что-то скрывает. Или как минимум недоговаривает.
Когда через пару дней он решил проверить возникшее ощущение, оказалось, что Светлана Леонидовна убыла в Москву на семинар по банковскому делу. Пришлось ждать ее возвращения.
Она должна была прийти через пятнадцать минут, и Бунин лениво перелистывал лежащие перед ним записи. Из них выходило, что Цветковой 34 года. Муж, двое детей. Финансовый институт. Должность старшего кредитного инспектора. Безупречная репутация. Неблизкая, но все же дружба с погибшей.
В кабинет заглянул Сашка Мехов.
– Слыхал, двух наших девиц в Таиланде на пляже замочили!
– Наших – это из России? – лениво уточнил Иван, не любивший телевизор.
– Круче. Из нашего города.
– О! Попали в международный скандал. И кто такие?
– А бес их знает. Одна вроде как социальный педагог, вторая менеджер в строительной компании. Они через фирму «VIP-тур» ездили. Так что, ежели интересно, можешь там уточнить…
– Неинтересно, – механически ответил Иван. – Слава богу, хоть это мне может быть неинтересно. С этим убийством будем разбираться не мы, а таиландские коллеги. Или тайские? Как правильно?
– Да не знаю я, как правильно, – махнул рукой Мехов.
– И я не знаю. Удальцову жалко.
– А кто это?
– Исполнительный директор «VIP-тура». Хорошая баба. За репутацию своего агентства глотку перегрызет. А тут на них как Касьян посмотрел, ей-богу. Наша с тобой убиенная Маркелова их клиенткой была. Потом прямо в туалете у них тетка концы отдала. А теперь еще эти двое.
– Н-да. Был бы я клиентом их агентства, начал бы волноваться за свою шкуру, – задумчиво заметил Мехов.
– Не волнуйся, нам с нашими зарплатами явно не грозит, – утешил его Иван и приглашающе махнул рукой полной блондинке, возникшей в дверях: – Проходите. – Это была Светлана Цветкова.
Беседа текла гладко, но как-то вяло. Сидевшая напротив женщина в этот раз не плакала и вообще отлично держала себя в руках. Она охотно отвечала на все вопросы, касающиеся жизни Ангелины Маркеловой, но с каждой минутой Бунин все отчетливее ощущал незримую стену, которую ловко воздвигала между ним и собой подруга погибшей. Минут через тридцать он понял, что эту стену пора разрушить.
– Вот что, Светлана Леонидовна, – резко прервал он собеседницу, которая обстоятельно и подробно рассказывала, какой отличной хозяйкой и поварихой была ее подруга Гелечка, – мне надоело слушать этот бред.
– Почему же бред? – Цветкова округлила глаза. – Кроме того, если вам неинтересно, то подпишите пропуск, и я уйду. Мне тут с вами сидеть тоже не сахар. Тем более что меня на работе ждут.
– Зачем же вы так, Светлана Леонидовна? – Бунин удрученно покачал головой. – Хочу честно вам признаться, что вы не первая принимаете меня за круглого идиота. Но без лишней скромности скажу, что это впечатление обманчиво.
– Я вовсе не держу вас за идиота.
– Тогда почему вы говорите мне всё, кроме правды?
– Вы не можете меня в этом упрекнуть, я еще ни разу вам не солгала!
– Верно. Но врать и не говорить всей правды – это разные вещи. Вы не лжете мне, но и всей правды не говорите.
– И что же я, по-вашему, скрываю?
– Не знаю, – честно признался Бунин, – но в силу определенного опыта полагаю, что вам, как подруге Маркеловой и как, безусловно, неглупому человеку, известно что-то, что может пролить свет на причину ее гибели. Мне почему-то кажется – и интуиция подсказывает, что я не ошибаюсь, – что вы знаете, что вынудило вашу подругу покончить с собой или кто помог ей принять такое решение.
На щеках Цветковой загорелись два алых пятна.
– Видите ли, Иван… – женщина замялась.
– Александрович, – услужливо подсказал Бунин.
