Злорадство рассыпается внутри мелкими искрами. Роман, ради нее бросит жену, и уже сегодня они станут парой. Наталья — супруга ее мужчины даже не подозревала, что у Туманова появилась любимая. Она! Конечно, Светлана лучше, она не наседала на Ромочку заставляя его заниматься домашними делами, собирать какой-то шкаф, и менять розетки. Минченко только удовлетворяла чужого мужа, и воплощала все его грязные фантазии в сексе. Для этого и нужна женщина, чтобы рядом с ней мужчина чувствовал себя сильным и властным. И так будет всегда, Света оградит своего «зайчика» своего «любимку» от бытовухи, их жизнь будет праздником, Рома никогда не пожалеет, что ушел к Свете.
Минченко, напевая себе под нос, собирает вещи, складывает их в сумку, прикидывает, сколько барахла нужно ей на первое время.
Паша должен явится с минуты на минуту с тренировки, а Миша с продленки, они будут ждать ее у бабули. Все должно быть готово, чтобы сразу уйти, как только Рома позовет.
Роман зашел в квартиру, решимость покинуть эти стены горела внутри. Здесь его ждали, в квартире тепло и пахнет едой. Наташа с нежной улыбкой показалась из кухни, большие зеленые глаза ласкали его. Сердце екнуло от вины, пронзившей его, но мужчина не собирался отступать от своего решения.
— Ужинать будешь? — Жена облокотилась на стену, ждала чтобы он разделся, пошел мыть руки, а она, как обычно, накрыла бы стол. Но сегодня ужинать Тумановы будут без него.
Роман напрягся как струна, и тяжело выдохнув сказал.
— Наташа — горло стянуло невидимой леской, пришлось сглотнуть ком, застрявший посреди глотки — прости, я ухожу. — Увидев, как жена встрепенулась, и непонимающе вытаращила на него глаза, продолжил — не держи меня.
Смятение проскользнуло в глазах Тумановой, руки метнулись к груди, которая стала чаще вздыматься от того, что она занервничала. Шок отразился на лице Натальи.
— Я не держу тебя, и никогда не держала — пролепетала она, смотря куда-то мимо мужчины, стоявшего на пороге их квартиры.
Внутри взрыв, такой, что в глазах потемнело.
Сердце, казалось, стучит в ушах, Наталья, не чувствуя ног поплелась в спальню. Смотрела прямо перед собой, но ничего не видела, словно ее окутало дымкой, даже легкий холодок по телу пробежал. Такое нервное напряжение она никогда не испытывала, думала, что сейчас только задень кожу кончиком пальца, и рванет со страшной силой.
Сумка, ей нужна сумка, куда же Наташа ее положила после приезда мужа с рыбалки?
«А была ли эта рыбалка?» — голос подруги в голове.
«Значит, то, что рыба была не свежая мне не показалось» — руки задрожали, рот округлился, грудь готова разорваться от обиды. «Нет» — строго сама себе — «нет, при нем не плакать». Тяжелый камень давит, принуждает разреветься, но Наталья прикрывает рот ладонью, и душит, душит в себе подступающие всхлипы.
«Что я здесь делаю? Аааа, да, нужно собрать предателю вещи. Пусть уходит, пусть прямо сейчас уходит, видеть его не могу» — круговорот в голове мешал соображать — «подожди» — уговаривала себя Туманова — «сейчас уйдет и станет легче».
Обнаружив дорожную сумку, Наталья начала складывать в нее все, что было на полках, выделенных для вещей любимого мужа. Да, он все еще любимый, и от этого в сто крат больнее. Сердце бьется в ребра, нечем дышать, но женщина смогла взять себя в руки. Жизнь нанесла ей неожиданный удар, Наташа не могла поверить в то, что муж бросает семью, ведь буквально вчера, они с Романом обсуждали планы на лето, а тут такое…. Просто полет в пропасть.
«Лора была права» — как заевшая пластинка, правда стучит по темечку.
Двадцать лет жизни, в одну сумку не сложить. Наталья просмотрела то, что набросала в баул, Туманову хватит на первое время. Им не избежать встреч, остальное заберет позже, постепенно освобождая комнаты от своего присутствия. В кладовке лежат инструменты, с которыми Роман часто подрабатывает на «калымах», удочки его, которые захотелось тут же переломать, снасти разные. Все это скоро перекочует в другой дом. Тяжело вздохнув, Наташа застегнула молнию на сумке, и вышла в коридор.
Роман, разувшись ходил по залу, собирал свои документы, пересчитывал наличные, которые копили на черный день.
— Половину возьму. — Увидев застывшую в дверях жену, муж спрятал небольшую стопку красных бумажек во внутренний карман зимней куртки.
— Бери все, тебе нужней. — Теперь в Наталье поднималась злость, захотелось уколоть мужа, сделать так же больно, как ей сейчас. — Ты же, наверное, к молодой уходишь?
— Нет, Наташа — Роман отводил глаза, крепко сжимал челюсти — она ненамного младше, ей тридцать семь.
— Кто она, Рома? — этот вопрос разрывал мозг, въедался в мысли, не давал покоя.
— С работы. — Виновато смотря под ноги, мужчина направился к двери.
— И давно вы вместе?
— С осени. — Выдохнул мужчина и наконец осмелился поднять голову. — Прости Наташа, прости, но не могу больше тебя обманывать, себя обманывать. Люблю ее.
Признание огненной стрелой вонзилось в легкие, Наталью бросило в жар, дыхание участилось.
