Все, что она смогла написать, задыхаясь от горя. ЭТО КОНЕЦ. Пора принять его новую жизнь и отпустить.
«Желаю счастья».
Сердце задрожало в груди, он снова все сделал не так, но по-другому почему-то не получается.
Эти два слова, присланные ему Наташей, вся их переписка за последние два месяца. Она желает ему быть счастливым, поняла конечно, что он с другой, острый спазм в солнечном сплетении заставляет сморщиться от боли.
Он, честно, пытался бороться с влечением, которые так настырно тянуло его к Минченко, но устоять не смог. Слабак.
Да, он согласен, Света его слабость, она идеальная, Рома с ней словно в облаках, просто лучшая женщина его жизни.
Она ведь тоже многим пожертвовала, чтобы быть с ним. Бросила мужа, официально освободилась от обязательств, согласилась на продажу дома, а дом для Минченко много значит — это ее мечта. Он просто обязан быть с этой женщиной.
Вчера, после бурного воссоединения с любимой блондинкой, он бы не смог появиться дома. Смотреть в непроницаемое лицо жены, чувствовать на себе разочарованный взгляд сына, все это стало казаться не важным, ему уже не нужно их прощение. Теперь главное в его жизни — чувства к Минченко. Поэтому, когда Света объявила, что сняла для них квартиру, Туманов облегченно улыбнулся, какая же она предусмотрительная.
— Теперь твоя очередь разводиться — весь вчерашний вечер напоминала ему блондинка, когда они отмечали ее свободу.
А что Рома мог сказать в ответ, он только согласно кивал головой и прижимал к себе разомлевшую от его ласк женщину. А сейчас, вспоминая, что снова обещал бросить семью, грудь сжимало железными когтями.
Ну что теперь жалеть о сделанном, будет привыкать к новым условиям, зато жить будет рядом с той, которую боготворит.
Света — стрекоза, уже улетела за детьми загород, а вот он с похмелья тяжелый на подъем.
Отбросив все мысли, которые ему подкидывала совесть, Туманов встает с кровати. В голову тут же вонзаются сотни игл, вот бы сейчас таблеточек, которые дает ему Наташа. Где — то глубоко внутри сознания, тоскливо заныла одинокая струна. Нет, домой ему нельзя, там больше Туману нет места.
Обводит тяжелым взглядом помещение, здесь со вчерашнего дня еще не убирались, на столе остатки их вчерашнего пиршества. О, а вот что ему сейчас поможет, недопитая бутылка водки. Туманову просто необходимо нахерачиться, чтобы забыться и проспать как минимум сутки, протянуть время. Здесь все чужое, а он так сложно привыкает ко всему новому.
— Ты права, у Туманова проблемы с головой, — соглашается с умозаключением подруги Батурина.
Наташа не успела проснуться, как ее телефон ожил, и настойчиво требовал, чтобы ответили на звонок. Увидев имя подруги на экране, пришлось взять трубку, потому что за этой сумасшедшей не станется и лично прилететь, зная, что Мирошкина в печали.
И вот они уже минут десять обсуждали новый закидон ее мужа. Наташа рассказала все, что происходило в последнюю неделю ее жизни, и пораженно округлила глаза, прижала свободную руку к груди. Там ничего нет. Слезы не льются потоком, боль не душит изнутри, тяжелый булыжник исчез, под ребрами пусто. Вообще нет эмоций! Может так даже лучше, пусть внутри будет сквозная дыра, вместо отчаяния и унижения.
— Наташа? — очнулась от громкого оклика Лоры — ты что спишь еще?
— Нет — тряхнула головой, отгоняя забравшийся в мысли морок — просто задумалась.
— Значит решено, ты сегодня идешь со мной. Андрей давно просил позвать тебя, хочет встретиться.
— Лариса — слезно протянула Наталья — ну зачем я вам нужна со своей кислой миной.
— А ты не куксись, пора уже начинать жить. Тебе нужно отвлечься — твердо выдала Лариса — поверь мне.
— Ох, Лорка — а почему бы и нет, подруга права, лежать и страдать по мужчине, который так легко отказывается от нее она больше не будет. — Ты мертвого уговоришь.
— Узнаю Мирошкину — звонко рассмеялась в трубку одноклассница — все, вечером подберу тебя на такси. Наводи марафет.
Батурина, чтобы она без нее делала, эта бесшабашная, веселая блондинка подняла ей настроение.
Болезнь отступила, но ее отголоски еще отдавались в теле. Ну ничего, сейчас Наталья примет контрастный душ, приведет себя в порядок, и никто не поймет, что еще вчера она лежала в постели с недомоганием.
Душа поет, улыбка никак не хочет сходить с лица, Света в раю. Она добилась своего, Рома с ней. Её бригадир просто без ума от своего светлячка, таким жадным взглядом вчера пронзал ее весь вечер.
Минченко знала, что сможет удержать Романа, только напоив его. Тогда он теряет волю и полностью переходит под ее контроль. Это Светлана заметила еще в прошлый раз, когда он примчался к ней с полупустой бутылкой виски, совсем лыка не вязал. Правда, всю ночь звал свою Наташеньку. Скривилась. Вот почему эта швабра вечно сидит в голове ее бригадира? Утром пришлось снова поить, чтобы домой вдруг не сбежал. Но все прошло хорошо, Рома успокоился, и даже, казалось, смирился, что теперь она его женщина. Ухаживал за ней, ласкался, много целовал, словно недолюбленный ребенок.
