Так же быстро определились с очередностью и остальные пары: Ольга взглядом попросила Ульяну немного подождать и повела к своему «Стрибогу» Ксению Станиславовну; Света чмокнула в щеку отца, цапнула мачеху за руку и потянула к своей «Стихии», а Кукла, которой я поручил «развлекать» Соню и Таню, отправила к нашей первой машинке Феликсовну.
Следующие минут десять я отдыхал. В смысле, ткнул в сенсор своего слота памяти, дождался, пока под меня подстроятся зеркала, кресло, руль и педальный узел, пристегнулся, завел движок и немного поболтал с сестренкой, успевшей натянуть подшлемник, шлем и защиту шеи, устроиться поудобнее и пристегнуться как бы не быстрее меня. Потом сделал вид, что организовываю конференцсвязь, проверил готовность остальных экипажей, попросил особо не дурить и тронул машину с места.
По подземному тоннелю, можно сказать, полз. Ибо даже не представлял, где именно в него врезалось ответвление, ведущее к трассе. Потом наткнулся взглядом на указатель, свернул направо, чуть-чуть ускорился и снова скинул скорость, ибо донельзя впечатлился количеством тоннелей, по которым, судя по указателям, можно было добраться до заправки, ремзоны, площадок для отработки навыков экстремального вождения, мототрека, тренажерного зала, боксов и даже небольшого гостиничного комплекса. Нужный нам нашелся самым последним и метров через сто пятьдесят вывез нас под открытое небо. Впрочем, до выезда на трассу пришлось проехать еще полкилометра и дать по тормозам перед сканером системы контроля доступа. Зато после того, как я засветил личико, мощные стальные цилиндры, перегораживавшие проезд, ушли под асфальт, и мы вырвались на оперативный простор…
…Ну, что я могу сказать о своем подарке девчатам? Трасса получилась. Во всех смыслах этого слова. И я сейчас не об асфальте или ширине проезжей части, а обо всех составляющих: она была самой длинной в Империи, каждый отдельно взятый поворот или связки поворотов при езде на «нормальных» скоростях убивали сумасшедшими перегрузками; на двух шпильках реально темнело в глазах; все четыре многоапексных поворота заставляли включать голову в турборежим;
на подъемах при большом желании или при переоценке своих возможностей можно было улететь; длинные прямые так и манили «зажечь», а по обе стороны от финишной прямой имелись трибуны, зрителей, эдак, на четыреста-пятьсот. Впрочем, больше всего меня впечатлил комплекс программно-аппаратных средств, «ассистирующий» гонщикам любого уровня подготовки: руководитель гонок мог осветить любой участок трассы, врубить световой пунктир, наглядно демонстрирующий идеальную траекторию захода в любой поворот, активировать световую индикацию, облегчающую выбор оптимальной скорости, заснять любой маневр машины как минимум с четырех ракурсов и так далее. И пусть «руководителя гонок» в башне «еще не было», БИУС показал все возможности электроники с помощью генератора развертки голограмм и пробудил в нас с Полей воистину безумное желание потеряться на этом комплексе на все двое суток, оставшихся до начала сезона дождей.
Увы, три круга закончились как-то уж очень быстро, и я был вынужден зарулить в пит-лейн, остановиться возле «Бурана», проехавшего два, высадить сестренку и «взять на борт» Наталью Родионовну.
Пока помогал ей готовиться к заезду, на дорожку влетел «Стрибог» Оли, затормозил в паре метров от заднего бампера моей машины и десантировал наружу весь «экипаж». Нет, супруга ко мне не телепортировалась. И даже не переместилась. Но обожгла взглядом, полным настолько концентрированного обещания, что меня бросило в жар, а перед внутренним взором замелькали… хм… веселые картинки. К сожалению, чувство долга напомнило о себе и в этот раз, так что буквально через две минуты я помахал ручкой «экипажам» трех машин, сорвал «Стихию» с места и снова вынесся на трассу…
…Настроение, поднятое предобеденными покатушками, держалось на уровне до восемнадцати ноль-ноль и помогло разобраться практически со всей текучкой. Увы, стоило почувствовать вибрацию телефона, бросить взгляд на экран и прочитать текст «напоминалки», как оно ухнуло в пропасть. Нет, лица я не потерял — еще раз улыбнулся Наталье Родионовне, показывавшей эскизы новой коллекции шубок из меха Кошмаров, сообщил, что нам с Иришкой пора встречать Воронецких, встал из-за стола и умотал переодеваться.
На борт «Орлана» поднялся ровно через пятнадцать минут, прошел в пилотскую кабину, плюхнулся в свободное кресло и принял звонок Виктора, решившего сообщить, что они уже подлетают.
— Мы тоже уже в воздухе… — сообщил я, выждав буквально пять секунд. Потом ответил на многоголосое приветствие его команды, зацепился языками со Злобной Мелочью и весь перелет до авиабазы старательно задвигал куда подальше мысли о неизбежной встрече с супругой наследника престола. А в восемнадцать тридцать восемь, вглядевшись
