Санхён каждый раз удивлялся правдивости статей в интернете. В них говорилось, что построить дружбу между мужчиной и женщиной можно, только если один из пары влюблен в другого. Все было именно так. Санхён любил Чаэ. И только это помогало им сохранять дружбу.
Санхён включил ноутбук. Одна из папок на рабочем столе называлась «Рыжеухий бюльбюль»[3]. Он кликнул на эту папку. В ней он держал фотографии Ха Чаэ за все эти тридцать лет. На некоторых снимках они были вместе с Санхёном, на некоторых – она одна. Бережно взращиваемая им любовь хранилась в этой папке. Однажды он покажет эти фото женщине и сделает предложение, лишь бы наступил тот день, когда она посмотрит на него не как на друга, а как на возлюбленного. Но сейчас планы Санхёна немного изменились. Он твердо решил, что если победит в борьбе с вирусом М3, то обязательно признается в своих чувствах. Жизнь очень коротка и скрывает много разных сюрпризов, поэтому больше ждать было нельзя. Ведь любовь возможна, только если ты жив.
Санхён закрыл папку «Рыжеухий бюльбюль» и открыл другую – «Серая неясыть»[4]. В этой папке хранились все статьи и материалы о вирусах, а также документы, составленные им за время работы в больнице. Санхён отобрал материалы, имеющие отношение к вирусу М3. Началось полноценное сражение.
3
В восемь часов вечера в полевом госпитале произошел сбой в электросети. Многие приборы на время вышли из строя. И в их числе самый важный – аппарат искусственной вентиляции легких в реанимационном отделении.
Из реанимации послышался странный крик. Чхихун, который рылся в ящиках в поисках свечей, прибежал туда быстрее всех. В темной палате заходился в приступе управляющий Чин. Он задыхался и был похож на наркомана во время сильнейшей ломки. В слабом свете аварийной лампы было видно, что он грубо вырвал иглу капельницы, и теперь из раны на его руке сочилась кровь. Чхихун запрыгнул на пациента и прижал его руки к кровати. Но его сил не хватало, чтобы усмирить Чин Ёнсу. Как назло, другой врач-мужчина сейчас тоже лежал в изолированной палате с подозрением на вирус.
– Успокоительное! – крикнул он медсестре Ха, которая подоспела чуть позднее. Она была одета в защитный костюм.
– Поняла!
Медсестра Ха убежала за медикаментами. Из-за двери отделения послышался крик вооруженного солдата, который спрашивал, что случилось.
– Не входите! Вы можете заразиться! – выкрикнул Чхихун. И, не подумав о защите, рискуя заразиться сам, он всем телом навалился на управляющего Чина и держал его за обе руки. – Это поле боя для врачей. Я здесь сам все проконтролирую, просто поскорее восстановите электричество!
В это время управляющий Чин широко раскрыл глаза и, как дикое животное, впился в руку врача зубами. Чхихун скорчился от боли, но не выпустил пациента. Прибежала медсестра Ха и поставила Чин Ёнсу укол с успокоительным. Наконец управляющий Чин ослабил хватку. Чхихун, совершенно позабыв о своей ране, сразу же схватился за стетоскоп.
– У него слабый пульс. – Нахмурившись, Чхихун слушал сердцебиение потерявшего сознание Чин Ёнсу.
– Вас укусили? – крикнула медсестра Ха, увидев следы от зубов на руке врача.
– Мешок Амбу, срочно! Раз, два, три! Раз, два, три!
Чхихун положил руки на грудь управляющего Чина и начал сердечно-легочную реанимацию.
– Вас же укусили! – Медсестра приставила ко рту пациента аппарат и, подстроившись под ритм Чхихуна, начала искусственное дыхание.
В этот момент в палату вошла Моён в защитном костюме. Она увидела кровь, капающую с руки Чхихуна, и громко спросила:
– Что случилось? Ты в порядке?
– Пожалуйста, не разговаривайте со мной. Мне тяжело. Раз, два, три!
Со лба Чхихуна струился пот. Он ничего не слышал и думал лишь о пациенте, лежавшем перед ним. Второй раз он не сбежит, не бросит человека в опасности.
Наконец электричество в полевом госпитале было восстановлено. Лампы загорелись, и все оборудование, включая аппарат искусственной вентиляции легких и аппараты, отслеживающие показатели пациента, заработали. К счастью, сердечный ритм Чин Ёнсу тоже пришел в норму.
Моён обеспокоенно позвала Чхихуна. Врач, с отсутствующим видом проверявший показатели пациента, повернулся на ее голос.
– Ты же знаешь, что из-за укуса вероятность заражения увеличивается? – спросила Моён, нанося на рану дезинфицирующее средство.
– Да… – кивнул Чхихун.
– И ты знаешь, что, если бы не ты, этот пациент бы умер? – Моён наложила на руку Чхихуна повязку.
Тот не ответил.
– Ты стал настоящим врачом. Я возьму у тебя кровь.
После забора крови Чхихун пошел вслед за Моён. Теперь ему предстояло переодеться в больничную пижаму и ждать в изолированном отделении. В коридоре к ним подошел поджидавший их рабочий Кан и спросил у Моён:
– Он тоже заразился?
Кан Минчжэ застал Чхихуна врасплох, и тот опустил голову, словно человек, закованный в наручники.
– Будем надеяться, что нет. Пока его нужно изолировать.
Рабочий Кан уставился на Чхихуна:
– В этот раз вы поступили как настоящий врач.
