Дюренбергер и Лихи утверждали, что поддержка официальных убийц означает убийство.
Кейси стоял на своем. Президент санкционировал план, однако конгресс может отказать в финансировании.
Два сенатора потребовали, чтобы им представили все детали операции: кто, что, где, когда. Они внимательно изучили все дела, заглянули во все уголки. Они направили президенту совершенно секретное письмо, в котором выступили с резким протестом. Эти сенаторы задали президенту вопрос: разве такие действия не означают убийство? Белый дом ответил, что плана осуществления убийств нет, и просил сенаторов убрать из своего письма слово «убийство». Но сенаторы отказались это сделать.
Лихи считал, что администрация обманывает и комитеты, и себя. Во имя борьбы с терроризмом, во имя борьбы с коммунизмом в Никарагуа она готова втянуть страну в еще одну тайную войну. Но, как и в Никарагуа, эта война не останется в тайне. И как в Никарагуа, она в конце концов выйдет из-под контроля.
Кейси был очень недоволен тем, что сенатский комитет по разведке стремился вникнуть во все детали операции.
В субботу 2 ноября я позвонил Кейси — его друг и коллега по Управлению стратегических служб Джон Шейхин скончался за день до этого — и выразил директору ЦРУ свои соболезнования.
— Да, это был хороший человек, — ответил Кейси задумчиво.
Я сказал, что мы собираемся опубликовать статью о том, что Рейган разрешил ЦРУ осуществлять подрыв позиций Каддафи с помощью тайных операций. «Вашингтон пост» не намеревается давать каких-либо подробностей, за исключением упоминания о том, что это будет достигнуто посредством оказания ЦРУ помощи тем странам и эмигрантским организациям, которые стремятся к свержению Каддафи.
— Некоторые люди возражали бы против такой статьи, — сказал Кейси. — Не смогу ли я отговорить вас от этого шага?
Учитывая важность дискуссий и споров внутри администрации и в комитетах конгресса по разведке, я ответил, что не знаю, почему нам не следует публиковать такую статью.
Кейси хмыкнул в ответ.
Я упомянул вопрос об убийствах, именно на него будет обращено внимание в статье.
— Но, — сказал Кейси, — мы не убиваем.
Казалось, что Кейси как-то не уверен в себе. Он вежливо попрощался, не добавив ничего.
В течение следующего получаса он позвонил мне, чтобы обратить внимание на следующий факт президент, государственный секретарь и он, Кейси, заинтересованы в обуздании терроризма, а не в оказании помощи в деле убийства Каддафи. Он сказал, что при рассмотрении операций на самом высоком уровне правительства основное внимание уделяется достижению именно этих конечных целей.
Я ответил, что эта мысль нашла полное отражение в статье.
Кейси больше ничего не сказал и повесил трубку.
Этот разговор напомнил мне о случае с Брэдли, который рассказал о мягкости возражений Кейси против публикации три с половиной года тому назад его статьи о никарагуанской операции. Тогда директор либо признавал неизбежность разоблачений, либо считал, что сообщение об этой тайной операции будет в интересах ЦРУ и его самого.
Статья по Ливии появилась на следующий день, в субботу 3 ноября 1985 г. Позднее в этот день вернувшийся из Кэмп-Дэвида президент Рейган отмахнулся от всех вопросов, связанных с этим делом. Белый дом опубликовал следующее заявление: «Не полагаясь на бездоказательные утверждения и выводы, сделанные в статье «Вашингтон пост» по поводу сообщений о Ливии, президент отдал распоряжение провести расследование источников утечки информации из документов разведки США, использованных в данной статье, чтобы выяснить, кто допустил эту утечку, и принять соответствующие меры».
На самом деле в Белом доме испытывали определенное облегчение. Была раскрыта информация только об операции «Тьюлип» — секретном плане ЦРУ, — об остальных же вопросах говорилось в самой общей форме. В тайне остался совершенно секретный военный аспект операции «Роуз».
Кейси отправился на прием к президенту. В кабинете он бросил на его стол копию статьи из газеты «Вашингтон пост». «Просмотрите, — заявил директор ЦРУ, — как я и говорил, контроль со стороны конгресса не срабатывает. У этих негодяев язык не держится за зубами». Кейси объяснил президенту, что вопрос об убийстве Каддафи был как раз тем вопросом, по которому он получил головомойку от комитетов по разведке конгресса. Утечка произошла на слушаниях комитетов. Есть соответствующие доказательства.
Рейган направил в комитеты по разведке письмо на двух страницах, в котором утверждал, что утечка секретной информации произошла по их вине и что это недостойный способ добиваться прекращения тайной операции, против которой возражает лишь меньшая часть членов комитетов. Далее президент указывал, что сам факт утечки информации — это почти самое худшее, что могло бы случиться в сфере национальной безопасности, и это ставит под сомнение целесообразность контроля со стороны конгресса. Фактически президент обвинил членов комитета в измене.
