В связи с принятием сенатом США решения о предоставлении «контрас» помощи на 100 миллионов долларов Норт понял, что в скором времени он останется без дела. В своем письме Пойндекстеру от 24 июня он заявил, что настало время, чтобы ЦРУ приобрело имеющиеся в его распоряжении материально-технические средства. Норт оценил их в 4,5 миллиона долларов. Это — «шесть самолетов, складские помещения, средства материально-технического снабжения, ремонтная база, корабли, лодки, арендованные дома, автомобили, боеприпасы, средства связи, взлетно-посадочная полоса в Коста-Рике. Расходы по их приобретению и обслуживанию, а также по содержанию персонала оплачиваются через зарубежные компании, имеющие открытые связи с США. Было бы глупо допустить «исчезновение» всех этих средств только потому, что ЦРУ не желает «марать руки», а через несколько недель или месяцев ему придется тратить 8—10 миллионов долларов на их замену».
Пойндекстер поручил Норту переговорить об этом с Кейси. Однако последний не хотел связываться с этим делом.
Горбанифар узнал, что его собираются исключить из сделки с Ираном по вопросу поставки оружия, поскольку появился новый секретный канал, разработанный с участием племянника председателя иранского парламента. Тогда Горбанифар максимально использовал все свои контакты в Иране. 25 июля был освобожден священник Лоренс Дженко, американец, которого удерживали в плену в течение 18 месяцев. Кейси направил Пойндекстеру совершенно секретный меморандум: «После серии неудач иранские связи сейчас действительно сработали… Основываясь на имеющихся у меня разведывательных данных, я считаю, что это дело следует продолжить. Я убежден, что это возможно, единственный путь продвижения вперед с учетом неустойчивого баланса сил в Иране».
Одновременно Кейси и Шульц стремились завершить начатое в Ливии дело. ЦРУ распространило сведения о семи основных резиденциях Каддафи в надежде на то, что они дойдут до полковника и напомнят ему о том, что он находится под постоянным наблюдением. Так и случилось. От одного важного агента в ЦРУ поступило сообщение, что поведение Каддафи давало основание предполагать возможность нервного срыва. Кейси посчитал, что Каддафи уже в нокдауне. США должны продолжить оказывать на него давление, усилить меры по его изоляции, заставить Каддафи потерять в себе уверенность, создать центробежные силы, которые сметут ливийский режим и его главу.
Пентагон мог бы послать, например, самолеты к побережью Ливии, с тем чтобы они на сверхзвуковых скоростях создавали звуковую ударную волну. «Унижайте его», — говорил Кейси.
1 сентября должна отмечаться семнадцатая годовщина ливийской революции. Как обычно, Каддафи должен выступить. Было бы хорошо так его запугать, чтобы он не появился перед народом. Он уже передвинул свои военные штабы с побережья на сотни миль в глубь страны, подальше от районов, легко достигаемых американскими самолетами.
Кейси направил своего заместителя — начальника информационно-аналитического управления ЦРУ Ричарда Керра и Тома Тветтена (Тома и Дика, как их называли в Белом доме), чтобы они рассказали там, в Ливии, о возможностях ЦРУ в плане оказания психологического давления на Каддафи.
Сотрудник оперативного управления ЦРУ с двадцатипятилетним стажем Тветтен в 60-х гг. работал в ливийском городе Бенгази. По его мнению, для ЦРУ не представит труда продвинуть дезинформационные материалы в зарубежную прессу, чтобы поиграть на нервах Каддафи. Решающие события приближались.
Стояло лето. Особых проблем, требующих срочного разрешения, не было. На 7 августа в Ситуационной комнате Белого дома было назначено совещание группы планирования на случай кризисных ситуаций на уровне заместителей руководителей ведомства. Государственный департамент направил совершенно секретный меморандум на семи страницах участникам этого совещания, представлявшим Белый дом, министерство обороны, ЦРУ и другие ведомства.
В меморандуме государственный департамент призывал «предпринять тщательно скоординированные тайные дипломатические, военные и пропагандистские действия, направленные на ускорение свержения Каддафи ливийцами». Далее выстраивалась последовательная цепь реальных и дезинформационных мер.
«Цель нашей стратегии на ближайшее время должна заключаться в сохранении неустойчивого психологического состояния Каддафи, с тем чтобы он: оставался озабоченным; считал, что армия и другие элементы в Ливии готовят против него заговор. При этом следует исходить из того, что Каддафи может усилить нажим на армию, что, в свою очередь, спровоцирует попытку переворота или его убийства.
Работа с эмигрантскими группами вряд ли приведет к свержению режима, хотя мы должны повышать их значение в сознании Каддафи. Поэтому необходимо шире осуществлять тайные операции, которые потребуют увеличения поддержки со стороны министерства обороны. Открытые (военные) действия будут подкреплять слухи о том, что США планируют дальнейшие мероприятия».
