Он утвердительно кивнул, однако ничего не сказал, позволив мне насладиться молчанием. Его нетерпеливые движения подталкивали, торопили, но он сидел молча.
Что известно о записях Тони Доулана, которого Кейси ввел в команду Рейгана во время кампании и который сейчас является составителем речей в Белом доме?
Еще раз пожав плечами, Кейси повернулся к своим бумагам и показал мне записку, в которой упоминался «источник» Доулана в одном из ведомств.
— Можно мне снять копию?
Кейси вежливо, но энергично отобрал у меня записку. Нет, сказал он.
Кейси начал быстро перебирать документы, повторяя при этом, что все это ерунда, обычные информационные материалы о кампании. «Есть две записки, одна — Доулана и вторая — Хьюджела, в которых говорится о наличии у них источников, но никакой разведывательной операции не было, это все чепуха».
— Вы готовы подтвердить это под присягой?
— Конечно, с удовольствием, — ответил он, — задрав голову и задумчиво поглаживая подбородок, словно удивляясь, зачем я трачу его время на такие вопросы. — Это дело чистое.
В то же время он просто оставлял без внимания вопросы, отвечать на которые, по его мнению, не имело смысла. Это были с первого взгляда мелкие вопросы, но ответы на них, любые ответы, могли бы вывести его на тропинку, на которую он не хотел вступать или которая вела к неприятностям и противоречиям. Он старательно избегал пускаться даже в добродушно-шутливые, но рискованные высказывания о том, с чем он согласен, а с чем нет, что уже могло оказаться для меня полезным.
Я попытался вернуться к одному ранее уже затронутому вопросу.
Но Кейси поднялся со своего кресла: «Мне пора на совещание». Он взял со стола толстую пачку бумаг с грифом «Совершенно секретно» и начал запихивать ее в портфель. Это не сразу ему удалось. Наконец он закрыл портфель, а когда мы вышли из кабинета, отдал его своему телохранителю.
Кейси, видимо, опаздывал к назначенному сроку. Когда мы расстались, он почти побежал по коридору.
ФБР и конгресс так и не провели настоящего расследования, и «новый уотергейт» не состоялся. Старый приятель Голдуотера и Кейси генерал Уильям Куин с удовольствием наблюдал за всей этой историей и даже иногда удовлетворенно хихикал. Для него это дело не представляло загадку. Чутье старого офицера военной разведки говорило ему, что Кейси действительно сделал то, что ему приписывалось. Куин, конечно, ничего не мог доказать. Кейси играл по правилам, как и всякий настоящий офицер разведки. Одно из первых правил шпионажа гласило: береги хороший источник. Часто осуществлялись тщательно разработанные отвлекающие маневры, хитроумно запутывались следы, чтобы уберечь такой источник. Лгать, даже лгать публично или под присягой, было ничто по сравнению с риском, который брал на себя источник. И может быть, ничто не внушало источнику такого чувства уверенности или обоюдной и разделенной опасности, как вид его офицера-руководителя, висящего в петле на суку. Секретный источник, наверное, спит хорошо только тогда, когда знает, что его разоблачение означает конец и для его ведущего офицера, а таковым может, как в данном случае, оказаться и сам директор центральной разведки.
Утром в один из дней Тони Мотли вместе с Кейси ехал в Капитолий. Там они должны были давать показания о ходе никарагуанской операции. Кейси называл сенаторов «эти болваны». А их идеи и заявления — «дерьмо».
Кейси вел себя в комитете по разведке надменно, пренебрежительно, крайне замкнуто. Мотли был поражен. Он также был свидетелем реакции сенаторов, ворчавших при выходе из зала заседаний комитета, что они не могут доверять «этому сукину сыну».
К счастью, вопрос о налете на аэропорт Манагуа больше не поднимался, поэтому Кейси, Мотли и Клэридж считали, что они могут продолжить планирование и проведение акций военного характера. Президент подписал новую директиву, которая, по мнению Кейси, позволяла ему развернуть подрывные действия и в экономической области.
— Нагоним страху на этих негодяев, — заявил Кейси Мотли и Клэриджу на одном из совещаний.
— Что окажет наибольшее экономическое воздействие? — спрашивал Клэридж и сам себе отвечал: — Нефть.
Клэридж разработал план нападения на никарагуанские береговые нефтехранилища. Его должны осуществить не «любители» из числа «контраст, а настоящие профессионалы. ЦРУ должно было координировать план. Клэридж создал так называемую контролируемую группу агентов ЦРУ из числа латиноамериканцев. Они должны были создать впечатление, что в операции участвуют «контрас».
Кейси хорошо знал, как вести дела с Белым домом. Он представил этот план президенту и советнику по национальной безопасности Кларку, обрисовав его логически как следующий шаг по выполнению предыдущей президентской директивы, с которой пришлось согласиться конгрессу.
