Подошла Бернадетт и пожелала мне спокойной ночи. В одну из встреч через несколько лет Кейси с гордостью рассказал мне о том, что Арт Бухвальд упомянул Бернадетт в своей статье, ставшей образцом юмористической шутки. Это случилось в 1956 г., когда Кейси взял ее с собой на съезд республиканской партии в Сан-Франциско. Бернадетт было тринадцать лет, она была лидером организации «Дети за Эйзенхауэра». «Да, — Арт Бухвальд цитировал слова Бернадетт, — мы просто ходим по улицам и пытаемся убедить людей вступить в республиканскую партию. Мы говорим им, что это — лучшая партия». — «А если вас спросят, откуда вы об этом знаете?» — задал вопрос Арт Бухвальд. «Потому что мой папа так говорит. Именно поэтому».
Позднее в тот вечер я отпечатал на машинке подробное изложение беседы с Кейси. Мне казалось, что Кейси стоит на позиции, находящейся где-то посередине между точкой зрения президента — «русские идут» — и репортерским скептицизмом. Конечно, он одобрял речь президента, его взгляд на мировые дела, его действия, однако мне не казалось, что Кейси находится в приподнятом состоянии духа.
В определенной степени ответ содержался в речи самого Кейси. «Какую возросшую тревогу испытал бы Черчилль, если бы он окинул взором сегодняшний мир и увидел, насколько увеличилась мощь Советов и как далеко они распространили свою власть», — говорил Кейси. Он перечислил пять районов: Вьетнам, Аргентина, Африканский Рог (Сомали, Эфиопия), Южная Африка (Ангола, которой поправка Кларка запрещала предоставлять тайную помощь), Карибский район и Центральная Америка.
О Ливане и Гренаде в речи говорилось: «По понятным вам причинам я не могу идти дальше тех подробностей, о которых сообщалось в прессе, и подобно любому хорошему репортеру готов пойти в тюрьму, если встанет вопрос о защите своих источников».
Черчилль «был бы благодарен нам за Гренаду». Кейси сравнил создавшееся на Гренаде положение с угрозой фашизма 30-х гг. «Он бы порадовался, что в первый раз Запад возвратил советской колонии украденную у нее свободу».
«Советская империя» — это не просто «империя зла» (этот вызвавший большие споры термин был восемь месяцев назад впервые введен в оборот Рейганом в его речи во Флориде).
«Гренада — яркая иллюстрация советской практики ползучего насаждения своих порядков при помощи марионеток. Это — Никарагуа в миниатюре».
По поводу «советской стратегии марионеток» Кейси заявил: «Америка нуждается в реалистической контрстратегии. В ее основе должно лежать четкое понимание, что страны «третьего мира» в течение многих лет будут оставаться главным полем боя между США и Советским Союзом».
Кейси хорошо представлял, что он должен сказать, и поэтому свои речи обычно писал сам или подвергал основательной правке написанное другими. По этому поводу его коллеги часто шутили над ним. Один из них заявил так: «Составителю твоих речей не позавидует и президент Ливана».
До конца недели Пентагон официально объявил о том, что на Гренаде было около 1100 кубинцев. Из них захвачено в плен 600 человек, остальные ушли в горы. Кейси настаивал на быстром получении точных данных: какое количество кубинцев находится в горах? Действительно ли из Гренады, как утверждал президент, намечалось «сделать главный военный бастион для экспорта террора»?
Рано утром в воскресенье 30 октября в Пентагоне собрались аналитики из основных правительственных ведомств. К вечеру они подготовили на 10 страницах секретную оценку положения на Гренаде, которая была сразу же отпечатана и разослана.
В понедельник оценку получил Кейси. Ее содержание явно противоречило публичным заявлениям президента, самого Кейси и Пентагона. В оценке, во-первых, утверждалось, что кубинцев в горах нет: все они были захвачены или убиты американскими войсками, которых насчитывалось около 6 тысяч. Первоначальные завышенные оценки были даны после допроса первых захваченных кубинцев. На цифры повлияло также то сопротивление, с которым столкнулись необстрелянные американские подразделения.
Во-вторых, в оценке указывалось, что обнаруженные на Гренаде запасы оружия и боеприпасов предназначались для местной армии и полиции и их было недостаточно для организации свержения правительств на соседних островах. В-третьих, кубинские строительные рабочие не являлись переодетыми солдатами, хотя они и прошли какую-то стрелковую подготовку и оказали американцам сопротивление.
Кейси заявил, что в оценке отсутствует воображение. Она носила секретный характер и не была предана гласности.
Оценка привела в бешенство некоторых консервативных членов администрации. Помощник Кейси Герб Мейер заявил: «Она воняет». Константин Менгес из Совета национальной безопасности ранее предлагал администрации попытаться добиться того, чтобы Кастро обратился по радио к своим войскам на Гренаде с предложением сдаться американцам. Теперь оказалось, что на Гренаде нет никаких кубинских войск. В качестве альтернативы Менгес выступал за то, чтобы не освобождать захваченных кубинцев. По его мнению, кубинцев нужно заставить пострадать.
