— Я бы хотел возразить против утверждений о том, что я покупал «освобождения от уплаты налогов», поскольку это является грубым искажением истины, — сказал он. Потом отметил, что еще в 1952 г. написал свою первую книгу «Защищенные от налогов инвестиции».
— Я начал все это дело, — заявил Кейси, и добавил, цитируя библейское изречение: — «Я искупил свои грехи», когда стал председателем комитета по… инвестициям и ценным бумагам.
К удивлению Кейси, никто ни в конгрессе, ни в средствах массовой информации не проявил желания залезать в гущу его личных финансовых дел. Небольшая откровенность и искренность сделали свое дело.
Хотя конгресс не соглашался рассматривать просьбу администрации о выделении еще 21 миллиона долларов на оказание помощи «контрас», Кейси понимал, что ни одно официально избранное лицо, особенно демократы, не захочет иметь, по определению Кейси, «синяки под глазами», которые последуют за оставлением на произвол судьбы никарагуанских борцов за свободу. При любой возможности он отстаивал свою точку зрения и побуждал президента и Макфарлейна разыгрывать эту карту.
Да, он знал, что все во власти конгресса и что вполне вероятна задержка с решением этого вопроса. 27 марта 1984 г. Кейси направил Макфарлейну меморандум с пометкой «Только лично», в котором изложил следующие мысли: «Ввиду возможных трудностей в деле получения дополнительных ассигнований, необходимых для продолжения тайных операций в Никарагуа, я полностью согласен с тем, чтобы вы изучили возможность получения средств у Саудовской Аравии, Израиля или у кого-либо еще. И, наконец, после изучения всех законных возможностей можно было бы попытаться найти частных американских граждан, готовых образовать соответствующий фонд, который мог бы изыскать средства из неправительственных источников».
Кейси подписал меморандум большой буквой «К», сам привез его Макфарлейну в Белый дом и попросил советника по национальной безопасности возвратить его сразу по прочтении. Копий не должно оставаться, «никто больше об этом не должен знать».
Кейси было известно, что Макфарлейн не очень верит в эффективность тайных операций. Он занимался этим постольку, поскольку на этом настаивал президент. Макфарлейн был просто одним из игроков, не посредником и не лидером. Кейси приходилось идти своей дорогой.
По пути в Лэнгли Кейси позвонил в свою канцелярию и попросил к его приезду собрать в своем кабинете всех основных специалистов по Никарагуа. Повесив пальто и шляпу, Кейси спокойно сел во вращающееся глубокое кресло, взял скрепку и начал ее распрямлять.
— Вы знаете, — наконец начал он, — Белый дом собирается принять некоторые решения в отношении «контрас». Что у нас есть по Никарагуа?
Было сообщено несколько оперативных деталей с мест действий, а также краткий анализ, касающийся сандинистов.
— Разве мы не являемся мозговым центром? — спросил он. — Мне кажется, тема «контрас» будет во главе повестки дня… Давайте подумаем, что может понадобиться президенту, а затем прикинем, как можно это сделать?
Начальник оперативного отдела стран Ближнего Востока ЦРУ Чак Коган, пятидесятишестилетний высокий, худой, с ухоженными усами, увлекался всеми видами спорта. По линии ЦРУ Коган ранее работал в Индии, Конго, Судане. Был резидентом в Марокко. Выпускник Гарвардского университета 1949 г., Коган пришел в ЦРУ в период «холодной войны» 50-х гг. У него было холодное деловое рукопожатие, острые, как у детектива, глаза. Небольшой, едва различимый рубец на одной стороне лица подчеркивал это впечатление.
Обязанности начальника оперативного отдела в штаб-квартире в Лэнгли состоят не только в чтении телеграмм и направлении указаний в резидентуры. Важное место занимает работа по поддержанию контактов с посольствами в Вашингтоне, через которые проходит интересная разведывательная и политическая информация.
Один из таких контактов установил и поддерживал Коган. Связь поддерживалась по закрытым каналам, с послом Саудовской Аравии в США принцем Бандаром. Яркий, красивый, общительный тридцатипятилетний сын влиятельного министра обороны Саудовской Аравии, Байдар представлял собой новый тип полномочного представителя: активного, обаятельного, светского. Бывший пилот саудовских ВВС, Бандар имел привычку размахивать кубинскими сигарами, весело смеяться, угощать гостей в своем кабинете любимыми хамбургерами «Макдональдс Биг Мак» на подносах из чистого серебра.
Во времена администрации Картера, до назначения на пост посла, Бандар поддерживал и развивал отношения с Белым домом через помощника президента Гамильтона Джордана. При Рейгане положение изменилось. Бандар понял, что полномочия распределились между различными министерствами и службами Белого дома. Учитывая произраильскую направленность политики администрации Рейгана, особенно государственного секретаря Шульца, неофициальные связи через Когана приобрели особое значение.
