20 февраля 1986 г. президент Рейган вылетел на Гренаду, чтобы отпраздновать годовщину победы 1983 г. Находясь на борту президентского самолета, этот сотрудник Белого дома обсудил вопрос о нашей статье с Шульцем, Уайнбергером, Пойндекстером и Джоном Риганом. Их мнение было единогласным: последний вариант статьи был наименее приемлемым. Они пришли к выводу, что «Вашингтон пост» теперь у них в руках. Действия газеты по обсуждению многочисленных вариантов статьи с сотрудниками Белого дома и Агентства национальной безопасности свидетельствовали о наших колебаниях и неуверенности. Руководящие сотрудники администрации полагали также, что публикация статьи нанесет ущерб национальной безопасности не столько раскрытием секретов, сколько ухудшением отношений между США и Советским Союзом. Если Советы отнесутся к этой статье как внушающей доверие, то опасения генерала Одома подтвердятся: Советы убедятся, что американцы знают об их секретах. Кроме того, операции АНБ затрагивают ряд взаимосвязанных секретов — трудно раскрыть одну операцию, не нанеся ущерба другим.
Но главную озабоченность вызывала динамика американо-советских отношений. Статья могла повредить их развитию, а это с полным правом можно отнести к вопросам национальной безопасности.
Позднее сотрудник Белого дома сообщил нам: «Обсуждение было проведено на самом высоком уровне, насколько позволяет сделать это мое служебное положение. Брэдли следует поговорить с адмиралом Пойндекстером».
Пелтон был одним из наиболее информированных лиц, когда-либо имевшихся у русских. Он выдал не только «Айви беллз», но и другие исключительно важные операции по сбору разведывательной информации. В АНБ он имел доступ ко всей информации, касающейся операций разведывательных служб США со средствами связи Советского Союза. В течение ряда лет Пелтон передавал русским информацию во время встреч с ними в Европе. Мы хотели рассказать своим читателям, что именно он выдал. В статье также показывалось, насколько просто было прийти в советское посольство и выдать американские секреты.
Однако редакторы «Вашингтон пост» колебались. Тогда Брэдли сказал, что он позвонит Пойндекстеру[29].
В середине марта ответственный сотрудник ФБР информировал нас о том, что министерство юстиции почти проиграло битву за привлечение Пелтона к ответственности в связи с опасением расшифровки важных государственных секретов.
Мы спросили, а теперь газета может напечатать статью о том, что Советам уже известно? На что сотрудник ответил, что все-таки следует считаться с атмосферой, которая окружает разведывательные операции. Любая информация о методах получения секретных данных повышает осторожность и бдительность другой стороны. Как известно, успехи в разведке часто достигаются тогда, когда другая сторона допускает ошибку, что-то просматривает, не проверяет. А привлекать внимание контрразведки не хотелось бы. «Впрочем, я мог бы переговорить с министром юстиции», — предложил он.
— В этом нет необходимости, — ответил Брэдли, хотя Миз был единственным руководителем ведомства, с которым мы не консультировались.
В пятницу 21 марта я встретил Кейси на большом приеме, который устраивал издатель газеты «Нью-Йорк тайме» Артур Оке Сульцбергер. Прием подходил к концу, число людей, собравшихся в вашингтонском «Международном клубе», уменьшилось. Кейси беседовал с репортером из «Нью-Йорк тайме», помешивая свой напиток. Я подошел и спросил, могу ли я пожать ему руку.
— Я только что говорил, — сказал Кейси, обняв меня за плечи, — вы организовали прекрасную вечеринку.
Все, кто был близко от нас, удивились, и я тоже. Потом я понял, что Кейси, видимо, принял меня за Сульцбергера, и сказал, что я из «Вашингтон пост».
Кейси внимательно посмотрел на меня. «Вот так штука», — сказал он, улыбаясь. Осмотревшись по сторонам, он нашел Сульцбергера и подошел к нему. Очевидно, для того чтобы показать мне, что он понял свою ошибку, Кейси заговорил о моей книге. Ему было известно, что я работаю над книгой о ЦРУ и о нем. В течение последнего времени мы говорили с ним об этом неоднократно. Он спросил, будут ли книгу просматривать, чтобы удостовериться в том, что я не раскрыл каких-либо секретов. Я ответил, что приму к сведению любые идеи о том, как это можно было бы сделать. Однако сомневаюсь, что это поможет.
— Продолжайте работу и критикуйте меня, если вам это нравится, — сказал он. — Это — ваша книга.
Вскоре мы оказались одни, и я спросил Кейси, почему генерал Одом и другие создают нам такие трудности с публикацией статьи о том, что Пелтон выдал операцию «Айви беллз» русским.
— Если вы опубликуете это, — сказал Кейси, держа стакан в обеих руках, — может создаться определенное общественное мнение, с которым мы можем не справиться. Я попросил Билла Одома заняться этим делом. Он знает о нем больше меня.
Кейси не пояснил, имел ли он при этом в виду факт прослушивания кабелей или саму операцию, проводившуюся с подводных лодок вблизи побережья Советского Союза. Может быть, он подразумевал и то, и другое.
