— Привет, Роуз, — говорит Мишель Виченца. Она в бледно-розовом платье со стразами, украшающими глубокий вырез сердечком. У нее великолепные вьющиеся темные волосы, большие карие глаза и серьги с бриллиантами. Мишель — одна из тех потрясающих девушек, которые возвышаются над общественной иерархией и не обращают внимания на нормы и правила. Она ко всем относится по-дружески, и все — включая меня — считают ее богиней. Остальные номинантки — это, скорее, ночной кошмар.
— Привет, Мишель.
— Классно выглядишь! — Она посылает мне воздушный поцелуй.
— О, а… — говорю я, застенчиво качая головой и чувствуя себя немытой картофелиной, которую засунули в слишком тесный пакет из коричневой бумаги. — Ты прекрасно выглядишь, и мне нравится твое…
— Мишель, у тебя есть блеск? — перебивает меня Регина. — Не знаю, куда мой делся.
— Я же дала тебе свой пару минут назад! — говорит Сьюзан, вздрагивая от боли — она опускает острый конец расчески в забрызганный лаком начес и дергает вверх, чтобы сделать его еще выше. — Что ты с ним сделала, много целовалась, что ли? Ты должна давать Форта отдышаться, хотя бы время от времени.
Меня вдруг начинает подташнивать.
— Он принес бочку пива, да? — спрашивает Сьюзан.
— Нет, забыл, — огрызается Регина. — Конечно, принес. Блеск, Шель? — нетерпеливо требует она.
— Держи. — Мишель открывает свою идеально подобранную сумку и достает оттуда красный блеск для губ. Я внезапно понимаю, что забыла единственную крутую деталь моего образа — черный винтажный клатч, который одолжила у мамы — в машине у Роберта. Хотя в нем не так уж много лежит. Я была в таком отчаянии от своей кожи, что бросила все попытки хорошо выглядеть и, в знак протеста, оставила косметику дома.
— Спасибо, — говорит Регина и тянется за блеском через меня, словно меня здесь нет. Когда ее рука задевает мою грудь, она хмурится, как будто я — это препятствие, стоящее между ней и блеском для губ. Регина — единственная блондинка в их компании. Ее злобное выражение лица совсем не похоже на других девушек, которые выглядят счастливыми и довольными, даже если такими не являются. Она надела красное атласное платье, подозрительно похожее на платье Мишель, вплоть до украшенного стразами выреза. Разница лишь в том, что стразы у Регины были убраны, и остались лишь круглые темные пятнышки на одинаковом расстоянии друг от друга. Наверно, есть такое неписаное правило «отряда», что твое платье не может выглядеть так же, как у главного чирлидера, иначе против тебя начнется война. Я вдруг представила Регину за решеткой в чирлидерской тюрьме, вынужденную шить помпоны вручную. Если бы меня так не выводило из себя ее соседство, я бы засмеялась в голос.
— Ты с кем пришла, Рози? — говорит Мишель. Регина смотрит на нее так, словно она разговаривает с пустым местом. Мишель, конечно же, не обращает на это внимания. Обожаю ее.
— Роберт МакКормак. Ты его знаешь?
— Не думаю. Он из твоего класса?
— Да. А ты с Френки?
Она притворно закатывает глаза.
— Ну а с кем еще? — говорит она. Френки и Мишель вместе с тех пор, как ей исполнилось тринадцать. Френки был Королем Вечера выпускников все четыре года в старшей школе, даже когда учился здесь первый год. Должно быть немного обидно опускаться от короля «Юнион Хай» до главного управляющего в «Cavallo's». Интересно, когда до Мишель дойдет, что Френки всегда будет заниматься только этим. А может, Мишель уже знает, но ее это не волнует, поскольку Френки так невероятно сексуален, что большинство людей даже не будут задаваться вопросом, почему она с ним. Так или иначе, я сомневаюсь. Она не похожа на человека, который хочет всю жизнь быть привязанным к пиццерии, открытой семь дней в неделю, четырнадцать часов в день.
Когда я познакомилась с Мишель на выпускном Питера в прошлом году, она рассказала мне историю, которая произошла в средней школе на уроке труда. Мистера Дрея вызвали из класса, и Питер решил всех развлечь, залез на стол и экспромтом запел песню под названием «Урок труда и блюз» на мотив «Blue Suede Shoes» Элвиса. Мишель утверждала, что она смеялась так сильно, что намочила трусики и отпросилась с оставшихся уроков. Думаю, тогда она была влюблена в Питера. Иногда мне нравится воображать, какой была бы моя жизнь, если бы Мишель встречалась с Питером, а не с Френки. В «Юнион Хай» я бы стала практически членом королевской семьи.
— Шель, держи, — говорит Регина и снова тянется через меня, чтобы вернуть блеск. Она отходит на несколько шагов и разворачивается, чтобы хорошо рассмотреть свою попу в зеркало, как будто она могла существенно измениться с прошлого раза, когда Регина проверяла ее несколько секунд назад.
— Ты обедала? — спросила Мишель.
— Мы ходили в «Shaun's». Мы с Робертом, Трейси с Мэттом и Стефани с Майком — ну, знаешь, вся компания. — Конечно, она не знала, но, тем не менее, кивнула и улыбнулась. — Как твой…
— Мишель, хватит, — пронзительно крикнула Регина, волнуясь и толкаясь у двери с другими девушками, которые были похожи на стаю нетерпеливых попугайчиков. — Нас ждут.
