— Они танцуют? — скептически спрашивает Роберт.
Они начинают исполнять их собственную версию клипа Бейонсе, в которой нет ни крутых облегающих костюмов, ни таланта. Они танцуют с помпонами и в коротких юбках, что делает все это похожим на пародию из «Субботнего Вечера в Прямом Эфире». Внезапно Кристин и Трейси прыгают в центр группы и становятся главными танцорками. Другие девушки выстраиваются в линию за ними, начинают хлопать и что-то кричать хором. В первые секунды я не поняла, что они кричат. Но потом это стало донельзя очевидно.
— Стриптиз! Стриптиз! Стриптиз!
В этот момент казалось, что вся старшая школа наблюдает с балкона мотеля, подхватив эту кричалку. Мэтт стоит рядом с Майком, явно наслаждаясь публичным унижением своей девушки. Хотя, сказать по правде, его девушка тоже наслаждалась своим публичным унижением. Я ломала голову, думая, надела ли Трейси свою униформу под платье, когда, одним ловким движением, Трейси и Кристин сдернули с себя топы и бросили их на балкон, прямо на Ричи Гамильтона, который только что пришел и не выглядел побитым Френки. Парни с ума посходили, наблюдая, как Трейси и Кристин продолжали танцевать в лифчиках при нулевой температуре. Когда толпа продолжила скандировать, я отвернулась.
— Не могу больше смотреть. Это жалко, — сказала я, ожидая, что Роберт со мной согласится, но он не мог оторвать восхищенный взгляд. Что происходит с чирлидерами и парнями из старших классов? Даже ребята, заявлявшие, что они идиотки, наблюдают за их пьяным стриптизом на убогой парковке мотеля.
Мне нужно многое узнать о парнях из старших классов, как о биологическом виде.
Я захожу в один из номеров в поисках маминого клатча. Я собираюсь домой, отвезет меня Роберт или нет. Нахожу сумку и уже готова выйти, когда слышу шум из ванной. Звук такой, будто кто-то стонет. Я слегка приоткрываю дверь, но она наталкивается на что-то в темноте. Я толкаю дверь сильнее. Когда она открывается достаточно широко, чтобы просунуть голову, я вижу, что Стефани лежит без сознания на полу в луже рвоты.
Прекрасно. Конечно, именно я ее обнаружила. Теперь мне придется за это отвечать.
— Стефани? — говорю я, наклоняясь над ней и стараясь не вдыхать из-за запаха. Трясу ее за плечо, но она не реагирует. — Стеф! — кричу я, но в ответ — ничего. Я наклоняюсь ниже и понимаю, что она вся цвета горохового супа. А еще понимаю, что она не дышит.
Это возможно? Я пристально смотрю на нее, отчаянно надеясь, что замечу какое-то шевеление от ее дыхания.
Ничего.
Я бегу в номер и хватаю телефон. Замираю на секунду, осознавая, что я сейчас сообщу об этом всей школе. Я знаю, что это правильный поступок — не собираюсь быть человеком, который позволил Стефани Трейнер умереть на полу, пока все остальные балдели от стриптиза малолеток — но мне просто нужно немного времени, чтобы собраться с силами, прежде чем я уничтожу себя и опущусь еще ниже в кастовой системе Юнион Хай.
Набираю 911.
— Оператор слушает. Что случилось?
— Привет, мм, я на вечеринке в мотеле «Amore», и моя подруга потеряла сознание в ванной. Думаю, что она не дышит. Нам нужна скорая помощь.
— Мисс, пожалуйста, назовите ваше имя.
— Мое имя? Оно вам, правда нужно?
— Ваше имя, пожалуйста.
Я знала, что так и будет, но ее вопрос еще раз доказал мою точку зрения. Мне лучше переехать в другой штат прямо сегодня вечером. Я никогда, никогда это не исправлю.
Делаю глубокий вдох.
— Роуз Царелли.
— Скорая выехала к вам, Роуз. В каком вы номере?
— Тридцать три.
— Вы умеете делать искусственное дыхание?
— Да. Мм, то есть, думаю, что да. Мы проходили это на уроке здоровья.
— Хорошо. Если ваша подруга не дышит, делайте искусственное дыхание, пока не прибудет скорая, хорошо? Вы можете спасти ей жизнь.
Кладу трубку и бегу обратно в ванную. Стефани вся покрыта рвотой. Вообще я не брезгливый человек — я не теряю самообладание при виде крови. Но здесь две вещи, которые мне неприятны: слизь и рвота. Слизь — из-за консистенции, рвота — из-за запаха.
Я встаю рядом с ней на колени, сдерживаясь, чтобы меня не стошнило. Смогу ли я это сделать? Смогу ли дотронуться своим ртом до ее? А если я этого не сделаю, она умрет?
Пока я пытаюсь вообразить манекен для искуственного дыхания с урока здоровья и вспоминаю, сначала нужно отклонить ее голову назад или прочистить дыхательные пути, Стефани поворачивается на бок и ее снова рвет, прямо на мои колени. Думаю, теперь она, наконец дышит.
— Стеф? Ты меня слышишь?
Она медленно открывает глаза и пытается заговорить, но получается нечто невнятное. Единственное слово, которое я уловила — «Трейс». На некоторое время я чувствую такое облегчение от того, что она жива, что мне даже не противна рвота на мне, и я забываю, что позвонила 911. А потом я слышу сирену, вслед за которой раздается крик с балкона: «Копы!»
