— Поттер, ты очень невнимателен сегодня. Что-то произошло? — спросил Снейп, снимая с ученика заклятие и помогая ему подняться. Он часто замечал, что парень периодически слишком задумчив. Но пока он не становиться вновь депрессивным, поэтому он не спрашивал ни о чем. В конце концов, нужно было учиться доверять мальчишке.
— Да, сегодня снова все приедут… — протянул Гарри, убирая палочку. — И начнут меня допрашивать, задавать весьма глупые и бестактные вопросы.
Снейп понял, о ком он говорит. Да, его явно будут часто спрашивать о Блэке. Что и пугало зельевара, зная, как остро реагирует на это. Но надеялся, что Гарри сможет перебороть это.
— Я понимаю, Поттер. Но тебе просто нужно пережить это. Считай это стихийным бедствием Гриффиндора. В конце концов за столько лет мог бы и привыкнуть к такому поведению своих соучеников, — сказал зельевар, залечивая Поттеру пару порезов.
— Я привык, но в этот раз все немного иначе. Раньше это не было столь личным…
Да, Снейп понимал его. Раньше все, что происходило вокруг Поттера, касалось всего магического мира и школы. Но теперь… Зельевар прекрасно понимал его метания и переживания. Просто Гарри не хотел, чтобы лезли ему в душу. Но этого не избежать, и нужно просто принять это. А не показывать свою слабость, демонстративно не отвечая на вопросы друзей и злясь на них. Он не мог потворствовать этому. Парень должен быть сильным. Ведь именно ему нужно будет в итоге победить.
— Да, Поттер, но Гриффиндорцы разве могут обладать чем-то личным?
Гарри фыркнул, прося у комнаты кресло. Возле них появился небольшой мягкий уголок в виде двух кресел и столика.
— Не уверен, ведь это противоречит уставу факультета, — со смешком заметил парень, а зельевар только удивленно посмотрел на него, с трудом сдерживая ухмылку. Поттер был прав. И теперь профессор понял, что все у него получится. Ведь по «уставу» Гриффиндорцы не могут проиграть.
***
Вечер приближался со скоростью бладжера, летящего в Поттера на втором курсе. Так что вскоре Гарри уже сидел за столом факультета, ожидая прихода учеников. Преподаватели тоже были здесь, правда, за исключением Хагрида и МакГонагалл, которые, как и всегда, встречали первокурсников перед распределением. Парень же скучающе смотрел вокруг и периодически поддакивал призраку факультета, который вновь жаловался на то, что его не приняли в общество безголовых. Гарри уже привык к такому разговору, ведь выслушивал это каждый год. И ничего нового не слышал.
Начался приближаться шум, и вскоре первые ученики стали заходить в Большой зал. Среди них был и Рон с Гермионой. Которые были явно чем-то недовольны. Увидев Поттера, они с трудом сдержали себя, чтобы не побежать. Но подошли довольно быстро, так, что Гарри не успел подготовиться к неизбежной отповеди от Грейнджер.
— Гарри Джеймс Поттер! Почему ты не поехал в поезде?! Дамблдор говорил, что мы там встретимся! Ты хотя бы представляешь, о чем мы подумали, когда тебя там не нашли?!
С каждым годом Гарри все чаще задумывался о том, как он умудрился подружиться с Гермионой. Ведь она жутко напоминала ему Петунью в такие моменты. А Рону — его мать. Неужели они такие мазохисты, раз сдружились с той, кто напоминает им не лучшие моменты жизни. Особенно, когда она злилась и повышала голос, сходство было просто поразительное. Судя по гримасе Рона он думал о том же. Возможно, вспоминая свой громовещатель.
— Зачем мне было ехать в поезде, когда я уже был здесь? — и он увидел ошарашенный взгляд Гермионы. Такое лицо в последний раз у нее было, когда он стал участником турнира: недоверие и шок. Поттер ухмыльнулся, наслаждаясь затишьем. — И не знаю, о чем вы там говорили с Директором, но вот он прекрасно знал, где я провожу время. И что я точно не буду его зря терять, трясясь в поезде.
— Но это же традиция… — протянула Гермиона, все еще не отойдя от новости о летних каникулах Поттера. Она совершенно не ожидала, что ему позволят остаться в Хогвартсе. И ей было очень интересно, почему им ничего об этом не сказали.
— И что? Я уже давно привык нарушать правила.
Рон фыркнул, садясь рядом с Гарри, и улыбаясь недовольной Гермионе.
— К тому же я тренировался, пока здесь был, и сегодняшний день не был исключением.
— Играл в Квиддич? — полюбопытствовал Уизли, на что Грейнджер лишь закатила глаза.
— Рон, в мире есть вещи поважнее Квиддича! — недовольно проворчала она. — Гарри, ты занимался боевой магией?
Поттер легко кивнул, улыбаясь сообразительности подруги.
— Это замечательно! Ты нас научишь?
— Нет, у меня будет много дополнительных занятий. К тому же в этом году у нас будет весьма компетентный преподаватель.
— И кто же? — спросил Рон, смотря на то, как заполняется Большой зал. Джинни села рядом с ребятами, но не влезала в разговор.
— Профессор Снейп.
Уизли был в шоке, услышав ответ. Такого ответа он точно не ожидал.
— А я надеялся больше не встречаться с ним в классе.
Гарри и Гермиона дружно рассмеялись над грустной физиономией друга, расслабляясь. А Поттер был рад, что никто не вспомнил о его крестном. По крайней мере, сейчас он все еще не был готов говорить об этом.
