— Ну, допустим. А жить эту долгую жизнь на что? В призрачном мире, вы говорите, есть не надо. Но в этом-то приходится. Я за двадцать семь лет как-то, знаете ли, привык.
— Официально в отеле будешь работать. Зарплату получать, как все мы. Что-то, конечно, и делать придётся — не без того. Я вот, как видишь, пеку. Да молодых обучаю. Тех, что обучаться ещё способны…
Я снова взял в руки чашку, глотнул. Кофе уже приближался к комнатной температуре, но вкусовых качеств при этом не терял.
— А сколько вам лет, Мстислава Мстиславовна?
Старушка хитро прищурилась и улыбнулась.
— Согласишься — и тебе столько же будет. Однажды. Такие как мы уходят только тогда, когда сами решают, что пора. И никакая помощь нам обычно не требуется.
Возможно, именно это послужило решающим фактором. Фактически, мне предложили бессмертие до покуда не надоест.
Хотя, на самом деле, я всё решил ещё до того, как узнал о бессмертии. Ещё до того, как устроился в аквариумный магазин, чтобы подработать в период студенчества. До того, как закончил школу и даже до того, как пошёл в первый класс…
Я встал и протянул Мстиславе руку.
— Я с вами.
— Ты всегда был с нами, — отозвалась Мстислава. И пожала мне руку.
В этот самый момент дверь распахнулась, и в помещение влетела запыхавшаяся Изольда.
— Успели⁈ — выдохнула она.
— Успели, успели, — проворчала Мстислава, разжав пальцы. — Явилась не запылилась, маньячка сексуальная.
— Мстислава Мстиславовна!!!
— Помстиславкай мне тут ещё. Позор на мои седины.
— Вы вот прям уверены, что это необходимо?
Наверное, никто прежде меня не стоял на пороге номера в пятизвёздочном отеле с настолько кислой миной.
— Это же люкс, — сказала Изольда, которой Мстислава торжественно поручила меня проводить.
— Ну, я понял, что не койкоместо в хостеле.
— Обычно люди радуются, если им бесплатно предлагают пожить в люксе.
— Серьёзно?.. — Я подошёл к журнальному столику, стоящему у дивана в гостиной, потрогал пустую вазу из тёмного стекла. — Даже не знаю, почему бы это.
— Цветы можно принести. Просто номер не готовили, — торопливо сказала Изольда.
— Блин, бардак какой. Ночевать без цветов. Да за кого вы меня держите?
Изольда улыбнулась с облегчением.
— Шутишь…
— О, ты заметила. Польщён.
Радости я на самом деле не испытывал. Как по мне, дома лучше, спокойнее, чем где бы то ни было. Дома, как говорится, и стены помогают. Несмотря на то, что домашние стены — это ушатанная однушка на окраине города, а в отеле в моё распоряжение предоставили гостиную, спальню, огромную лоджию, и это я ещё в ванну не заходил. Не удивлюсь, если там джакузи отыщется. А Мстислава Мстиславовна на этот счёт придерживалась другой точки зрения. Если пожиратели настолько обнаглели, что кинулись на видящего — от них можно ждать всего, чего угодно. В том числе и отмщения мне за то, что утащил у них законную добычу. Посему никто меня в отеле насильно не держит, но пусть я некоторое время буду под присмотром. Так спокойнее.
— Не торопишься? — посмотрел я на Изольду.
Та почему-то покраснела. Она была не на работе, а потому не в форме. В обычном платье — как тогда, когда заявилась ко мне домой.
— Нет. А почему ты спрашиваешь?
— Ну… Я новичок в вашем мире. Пока у меня вопросов в разы больше, чем ответов. Многое хотелось бы узнать. Например, кто такие пожиратели. Что они пожирают?
— Кого. — Румянец исчез с лица Изольды. Она села в кресло и закинула ногу на ногу. — Людей. Вернее, души людей.
— Зачем?
— Зачем?.. Ну… Им нужны силы, чтобы продолжать существовать в призрачном мире. Иначе они растворятся, как пустышки. Поэтому пожиратели едят пустышек. На это закрывают глаза, потому что, ну… Ты понимаешь. Пустышки ведь со временем всё равно…
Судя по тому, как Изольда запиналась, ей самой такое положение вещей не нравилось совершенно.
— А этих… Которые как Лиза?
— Spiritus Ad Lucem. — Латинские — или что это были за слова? — Изольда произнесла так, как будто латынь учила с первого класса. — Это официальное название, между собой мы их называем клиентами. Обычно они пожирателям не попадаются.
— А необычно?
— То, что с тобой случилось, вообще очень необычно, с какой стороны ни взгляни. Так нагло пожиратели себя на моей памяти вели последний раз… — Изольда задумалась. — Не знаю даже… Наверное, в девяностые. Тогда дело едва не дошло до войны.
«В девяностые», угу. Последний раз. Я едва успел родиться.
— Можно тупой вопрос? — Я сел в кресло напротив Изольды и внимательно на неё посмотрел. — Почему всё-таки не дошло? До войны? В смысле, это у вас считается нормой? Существование тварей, которые пожирают души.
Изольда вздохнула:
— Тупой ответ, Тимур. Пожиратели сильны, их много, и с их существованием приходится мириться. Но мы не заключаем с ними никаких договорённостей! И, разумеется, не закрываем глаза на то, что они жрут клиентов. Мы боремся с пожирателями. Не конкретно мы, а обходчики — если тебя это беспокоит.
Я кивнул.
— Именно это. Я, видишь ли, только что опрометчиво согласился сменить одну жизнь на другую. И теперь запоздало пытаюсь понять, не является ли другая таким же дерьмом, как первая.
