— Нет, — простодушно ответил он и улыбнулся, как бы призывая ее разделить с ним секрет, известный только ему. — Но я надеюсь со временем увидеть. А что вас привело во Врата Тени, Труф Джордмэйн? Уверен, не страсть к архитектуре долины Гудзона. — Он наклонился вперед так свободно и раскованно, что снова напомнил Труф ленивого кота из джунглей, с мягкой пушистой шерстью и яркими глазами.
Труф была слегка разочарована, узнав, что Джулиан разделяет идеи Блэкберна, но разве не таким, как он заблудшим, она и собирается помочь своей книгой?
— Я пишу биографию своего отца, — ответила Труф.
Джулиан резко выпрямился, и на лице его появилось выражение восторга.
— Да это же просто великолепно, — сказал он. — И вы приехали как раз туда, куда нужно. Совершенно верно, именно отсюда вам нужно начинать. Разумеется, вы должны остаться здесь, так вам будет легче работать. Вы, конечно, знаете о коллекции, я предоставляю ее в ваше полное распоряжение. Подумать только, как своевременно, — проговорил он.
— Своевременно? — откликнулась ошарашенная Труф. — Что вы этим хотите сказать? И о какой коллекции вы говорите?
— Ну, пока у нее нет определенного названия, давайте будем называть ее «блэкберниана». Вы что, совсем ничего о ней не знаете? Какой удар по моей гордыне! — шутливо простонал он. — Я собирал ее все последние годы, и в ней много чего интересного: письма, пленки, магические приборы. Все это вам пригодится. Пойдемте, я покажу вам ее. — Он встал и предложил Труф руку.
Немного поколебавшись, Труф положила свою ладонь на его, и Джулиан с уверенностью повелителя сжал ее пальцы. Труф сразу почувствовала исходящую от Джулиана силу, и по всему ее телу пробежала легкая дрожь.
— Я уже начал подумывать, не написать ли мне самому, но с моими посредственными литературными талантами далеко не уедешь, — продолжал говорить Джулиан. — К тому же нет лучшего способа узнать Торна Блэкберна, чем писать о нем.
Труф стояла рядом с Джулианом в просторной комнате, которую Джулиан не включил в первоначальный осмотр. Тщательно оштукатуренными, чисто выбеленными стенами и высоким потолком она удивительно напоминала сельскую школу. Здесь было несколько шкафов с книгами, два длинных библиотечных стола, но самым интересным предметом являлась картина, висящая над камином. На ней был изображен Торн Блэкберн во всех своих магических регалиях.
— Очень помогает, когда можешь позволить себе не только дать объявление в газете или журнале о покупке какой-нибудь вещи, но и купить ее. Удивительно, как часто холодную наличность предпочитают самым горячим воспоминаниям. Так говорить, разумеется, цинично, но, сказать по правде, я очень рад, что смог купить многое из того, что здесь есть. И никакой гордыни я при этом не испытываю, скорее наоборот, я чувствую себя униженным.
Несмотря на краткость знакомства, Труф показалось, что этого качества у Джулиана Пилгрима быть не может. Точно так же нельзя говорить о застенчивом орле и покорном тигре. Она перевела взгляд на портрет, пытаясь скрыть от Джулиана свое восхищение им, Труф не хотела выглядеть очарованной школьницей.
Торн Блэкберн стоял босым, в зеленой мантии, отороченной волчьими шкурами и расшитой золотыми буквами древних рун. Его широкий, отделанный драгоценными камнями пояс с тяжелыми золотистыми кистями сразу напомнил Труф шторы.
Руки Торна Блэкберна были скрещены на груди. В одной он держал скипетр, верхнюю часть которого украшало изображение крылатой Изиды в круге, в другой — короткий меч. На рукоятке его красовалась звезда Давида, а по всему лезвию были искусно выбиты какие-то магические символы. Труф сделала вывод, что, несмотря на все навороты, сама магическая система вероучения Блэкберна, если таковая и была, в смысле символики стремилась к католицизму.
Светлые волосы Блэкберна были перехвачены золотой лентой с золотым же диском, по всей видимости символизирующим солнце. Взгляд зеленых глаз Блэкберна был устремлен ввысь. В довершение всего художник, видимо адепт Блэкберна, счел крайне необходимым нарисовать вокруг головы нимб.
Общее впечатление от картины складывалось довольно убогое — третьеразрядный шарлатан, неумеренно начитавшийся магических книжек и возомнивший себя Спасителем. Удручающее зрелище.
Но чего-то на картине не хватало.
— А где же ожерелье? — спросила Труф Джулиана и увидела его пораженный взгляд.
— Мне показалось, вы сказали, что не имеете понятия о работе Блэкберна.
Труф молча проклинала себя за то, что не прикусила вовремя язык и сболтнула лишнее. Она сделала самое худшее, что только могла, — дала Джулиану повод подозревать, что знает о наличии блэкбернианы и о том, что там должно находиться.
Джулиан огорченно пожал плечами.
