Кохана, которая их встречала, тактично удалилась на кухню, а Кокиримунэ начала мелькать, телепортацией шустро расставляя на столе чайные принадлежности.
– Хомура-сан, – кивнул в ответ дядя.
Вслед за дедом начали здороваться и остальные гости – бабушка Акиры, его родители, он сам, Икеда-сан, Такеши. После чего рассаживались – только мои друзья остались на ногах, встав по бокам кресла, в котором я сидел.
– Что ж, – начал дядя Ичиро. – Первым делом хотелось бы услышать ответ на мое предложение.
– Семья Хомура согласна, – степенно кивнул дед Акиры.
– Семья Икеда согласна, – резко кивнул отец Такеши.
– Молодые люди? – обратился дядя к моим друзьям.
– Согласен, – произнес Акира.
– Конечно, согласен, – кивнул Такеши.
К тому моменту я готов был взорваться от любопытства, но наука Учителя и дяди позволили удержать себя в руках. Эти двое немало времени потратили, обучая меня как вести себя в различных обстоятельствах. Точнее, дядя учил, как себя вести, а Учитель – как себя держать.
– В таком случае, – поднялся на ноги дядя, – прошу пройти за мной на третий этаж.
Позднее стало понятно, что дядя просто преподал мне еще один урок. Просто тренировка в удержании лица и понимании ситуации. Ошибиться или сделать что-то не так я не мог, так как вокруг были только свои, и они приняли бы с пониманием мои ляпы.
На третьем этаже мы зашли в ритуальную комнату, представляющую из себя зал какого-нибудь храма в миниатюре, где у стены напротив входа стоял небольшой алтарь. Поставив меня рядом с ним, дядя отошел в сторону, после чего ко мне вышел дед Акиры.
– От лица семьи Хомура, – склонился он передо мной, – с согласия всей семьи я, Хомура Даиши, перед лицом богов приношу вассальную клятву верности Окава Кеншину и его потомкам. Клянусь, что моя семья всегда будет опорой и защитой ему и его потомкам, пока соблюдается наша честь и оберегается наша магия.
Закончив, он разогнулся и отошел в сторону, а его место занял отец Такеши, после чего процедура повторилась. Я уже хотел расслабиться, когда Икеда-сан отошел в сторону, но его место занял Акира, который, встав передо мной, достал нож и порезал себе ладонь.
– Клянусь в верности Окава Кеншину, обязуюсь выполнять его приказы, хранить и защищать его жизнь и честь. Пусть эта рана станет свидетелем моей искренности или не закроется никогда.
И что бы вы подумали? Рана закрылась у меня на глазах. Буквально за секунду. После этого Акира низко поклонился и отошел в сторону, но не так далеко, как взрослые, а его место занял Такеши, совершив то же самое и произнеся те же слова. Как и у Акиры, его рана закрылась, причем, кажется, даже быстрее.
Уже после того, как все разошлись, дядя устроил мне длинную лекцию о том, что произошло. Если кратко, то две семьи принесли вассальную клятву мне и моим потомкам. Не роду Окава, не той ветви, которую представляет дядя, а именно мне и моим потомкам. Почему именно так – дядя отказался говорить наотрез. Магии в их клятве использовалось по минимуму, дабы семьи не превратились в слуг или тем паче в рабов. Стандартная практика. В случае чего максимум, что светит предателям – это частичная, хоть и серьезная, потеря магии, но при этом уже их детей это наказание не коснётся. Их проблема будет в другом – сюзерена после предательства тоже ничего не сдерживает, а учитывая, что обидчики сильно ослабли, шансов выжить у них не так и много. Короче, предполагается выстраивание обычных отношений господин-слуга, как и у простых людей. Будешь жестить, и слуги сбегут. Другое дело, что клятвы о неразглашении секретов господина идут совсем другой статьей и будут даваться отдельно. Вот там – да, там за нарушение клятв кара последует серьезная.
А вот мои друзья принесли личную клятву верности. Как сказал дядя, он настоял на этом, ведь пока живы Акира и Такеши – их семьи не могли меня предать, так как парни, кроме всего прочего, еще и наследники. Понятное дело, что предательство никому из них сейчас не выгодно, но дядя решил перестраховаться. Всеми этими клятвами и ритуалами дядя добился простой вещи – теперь он может помогать моим соседям, как сам посчитает нужным, и никто ему даже слова не скажет. То есть, сказать-то могут, – не его же все-таки вассалы, – но отбрехаться ему не составит труда.
После того, как мы спустились обратно в гостиную и расселись кто куда, дядя повел уже более предметный разговор.
– Пока мой племянник не достиг совершеннолетия, его делами займусь я. Есть те, кто против? – На это все промолчали. – Отлично. Ичиро, – обратился он к отцу Такеши, который уже стал ему хорошим другом, – ты как, планируешь заняться своим делом или продолжишь работать в полиции?
– Пока в полиции, – ответил тот. – И, честно говоря, не горю желанием оттуда уходить.
