- Итак, молодой человек, - заговорил один из мужчин, примерно одного возраста с дедом-козлом — он тут, кстати, тоже был, - что ты можешь предложить роду? Чего ради мы должны оставить тебя в семье?
При первых звуках голоса все мои переживания и робость испарились — я мечник, воин. Уж Учитель-то позаботился, чтобы я умел собраться в нужный момент.
- А разве не должны? - ответил я вопросом на вопрос. - Или среди Окава принято выкидывать из рода по желанию левой пятки?
- Побольше уважения, сопляк, - бросила высокомерно одна из старух.
- Прошу прощения, госпожа, - поклонился я, - но, по-моему, мой вопрос вполне резонен. Либо род Окава семья, либо не семья. Тут не может быть двойного толкования.
- Как будто ты знаешь, что такое род, юноша, - заметил первый мужчина. - Ни образования, ни воспитания, - чуть скривился он.
- Меня с восьми лет воспитывал и обучал один из лучших магов мира, - изобразил я удивление. - Если воспитания нет у меня, то - у кого оно есть?
- Сильное заявление, - вступил в разговор самый молодой из здешних мужчин. - Но тебе не было нужно ни того, ни другого, с чего ты уверен, что у тебя все это есть? Особенно образование, которое драбл при всем своем желании не сможет постичь.
- Моего образования хватает для понимания того, что я для вас всего лишь ресурс. Я, в чьих жилах течет кровь рода Окава, для вас всего лишь ресурс. Прошу прощения, если мои слова покажутся грубыми, но такие организации, как ваша, в Европе называются орденами. Связи максимум дружеские, но и ими можно пожертвовать, если впереди маячит сила и власть. Даже животные не выкидывают из своей стаи калек. Во всяком случае, большинство, а остальные... - усмехнулся я. - Ну да что взять с животных?
- Да как ты смеешь, щенок?! - взвилась все та же старуха.
- Еще раз прошу прощения, госпожа, - поклонился я. - Не хотел затронуть ваши чувства.
- Да как ты… - казалось, она готова взорваться, но за пару секунд старуха смогла взять себя в руки и бросила со злостью: - Такие, как он, и предают в первую очередь.
- Предать? - изобразил я удивление. - А разве я могу вас предать? И как, ответьте заодно? - на это все промолчали. Уверен, сказать им было что, поэтому причину этой паузы я определить не мог. - И вновь прошу прощения, но ненависть, которую вы демонстрируете, гораздо чаще ведет к предательству.
- Вот теперь я зла, - поднимаясь из кресла, произнесла она спокойно.
Вот черт, а у меня и меча-то под рукой нет. Даже палки какой. Если что, придется делать прыжок сквозь стены назад. Впрочем, вида, что обеспокоен, я не подал.
- Если вы намерены атаковать, - решил я как-то отреагировать, - то прошу дать мне хотя бы меч, пусть и для иллюзорной, но хоть какой-то честности.
За моими словами последовала отчетливая растерянность старухи, которой воспользовался дед-козел.
- Сядьте, Санако-сан. Наш разговор еще не окончен.
Кто-то может спросить — а нафига я дергаю льва за хвост? Зачем нарываюсь на конфликт? Но, к сожалению, иного способа, кроме как тупо взять их на слабо, я не придумал. Как бы ставя вопрос о моем изгнании в разряд решенных, я понемногу тыкаю им в лицо тем, какие же они… злодеи и чудовища. Родную кровь ни за что выкинули. Ай-ай-ай…
Если вы думаете, что после этого разговор пошел на спад, и меня вытурили, то вы ошибаетесь. Меня, конечно, в итоге вытурили из комнаты, но перед этим минут сорок мурыжили разными вопросами. Как мне показалось, из восьми человек всего трое были против меня, плюс дед-козел, который выбрал позицию стороннего наблюдателя. Когда я наконец освободился… точнее, не так. Когда мы с бабушкой — так как дядя вошел в комнату вместо меня — добрались до свободной комнаты, где я мог расслабиться, мне реально стало худо. Как будто стержень, державший меня все это время, вдруг пропал. Все оставшиеся силы я тратил на то, чтобы бабушка не поняла, в каком я состоянии. Но, видимо, плохо старался. Подойдя, она крепко обняла меня, после чего, отговорившись какими-то делами, вышла из комнаты. Умудренная опытом женщина знала, когда парню лучше побыть одному. А мне это было нужно — я не хотел, чтобы кто-нибудь видел момент моей слабости и в частности то, как меня трясет.
На то, чтобы полностью успокоиться, мне потребовалось минут... пять-десять, не засекал. И сразу в голову полезли конструктивные мысли, например — дяде Ичиро ведь не обязательно уходить из рода прямо сейчас, первое время я вполне могу переждать в другом мире. Еда там, пусть и выглядит для меня странно, вполне съедобна, деньги за проживание никто не требует, да и вообще, подучусь и вернусь — пусть тогда кто-нибудь попробует на нас вякать. Это сейчас я как Даан в свои семнадцать по паспорту, а через пару лет… ну ладно, года через три меня придется всем миром валить, если вдруг у кого-то появится такое желание. И плевать уже будет и на род Окава и на кого угодно.
Все… Себя убедил, пойду убеждать дядю Ичиро.
