Ни охраны, ни пропусков не было. Данилюка не остановили, он спокойно вошел и оказался в огромной галерее, похожей на привокзальный зал ожидания. Там сидели, бродили и толкались сотни две демонов. Чертей, бесов, дьяволов и более редких, неизвестных Данилюку видов. Все они жрали, бухали, шумели, дрались, играли в азартные игры, а одна парочка даже спаривалась.
В дальнем конце светилась синим арка, а перед ней тянулись длинные лавки. На них тоже восседали демоны — но эти сидели неподвижно, напряженно. Многие сжимали какое-то оружие — вилы, трезубцы, кошмарного вида мечи.
При арке дежурила грудастая чертовка в очках. Время от времени ее глаза тоже начинали светиться, и тогда она звонко выкрикивала команду.
— Двое в Ши-Лорра!.. — разносилось по галерее. — Один на Голбратхар!.. Трое в Инкванок!.. Один в Великие Будища!..
С каждым ее выкриком один, два или три ближайших к краю демона вскакивали и с ревом вбегали в арку. Оставшиеся тут же подвигались, а свободные места занимал кто-то из болтающихся по залу.
Возвращались они, видимо, где-то в другом месте. Выходить из арки никто не выходил, а другой такой в зале Данилюк не заметил.
Иногда дежурная чертовка вызывала истребителей поименно. В этом случае те отшвыривали еду, напитки, разбрасывали карты и подрывались к арке. Случалось такое, правда, редко — обычно отправляли просто ближайшие боевые единицы.
На Данилюка поначалу никто не косился. Кроме служивых тут толкались и другие демоны. Обслуживающий персонал и просто посторонние. Были и такие, что внешне не отличались от людей.
Но потом его все-таки хлопнул по плечу громадный демон-кентавр. Наклонившись к Данилюку, он зловеще прорычал:
— Кого-то потерял, человечек?
— М-м… я ищу Шах-Тарана, — ответил Данилюк, стараясь не пригибаться под тяжестью ручищи.
— Тарана?.. Может, Таарана?..
— Да, точно. Оговорился.
— А он тоже тебя ищет? — уточнил демон.
— Нет, но он меня знает.
— Точно знает?
— Точно, точно, — спокойно ответил Данилюк, очень надеясь, что Шах-Тааран его и в самом деле вспомнит.
— Ну смотри, если врешь. Вон он, твой Шах-Тааран, в канасту играет.
Действительно, в углу, прикрытый от Данилюка толпой мускулистых чертей, за карточным столом сидел здоровенный дьявол. Как раз сейчас ему с удовольствием отвешивал щелчки худущий волосатый бес.
— Привет, — поздоровался Данилюк.
Шах-Тааран окинул его безразличным взглядом. Какое-то время казалось, что он и впрямь не узнает Данилюка — да и неудивительно, виделись-то они мельком. Но в конце концов Шах-Тааран его все же припомнил.
— Ты этот, да?.. — постучал себе по лбу он. — Алоизий?..
— Алексей.
— Алексей. Хахаль Стефки. Чего хотел?
Данилюк вкратце изложил проблему. Шах-Тааран насмешливо хрюкнул, сгреб розданные ему карты и спросил:
— А чего ты у нее Слово-то не взял просто?
— Слово?..
— Слово Вызова. Истинное имя ты ее знаешь. Добавь к нему Слово Вызова и… вызовешь. Хоть из Чистилища, хоть откуда. Необязательно по пантаклю.
— Оу, — только и сказал Данилюк. — А ты ее Слово знаешь?
— Не-а, — с явным удовольствием сказал Шах-Тааран. — Слово кому попало не говорят. Она моего тоже не знает.
— Ну и… как я тогда должен ее вызвать?
— А как хочешь. Твоя ж проблема, не моя.
— А без Слова Вызова никак?
— А без Слова только по пантаклю… о, ха-ха!.. Канаста!..
Партнеры Шах-Таарана издали недовольное гудение. Дьявол же пришел в прекрасное расположение духа — и это оказалось на руку Данилюку. Шах-Тааран довольно осклабился, поднялся из-за стола и снисходительно велел:
— Ладно, Алоизий, пошли. Вызову тебе Стефку.
Данилюк высунулся из кабриолета и цокнул языком. Вот он какой — Дом Сладостей. Впечатляющее зрелище, что и говорить.
Как оказалось, именно сюда на прошлой неделе перевели Стефанию. А поскольку смена у нее окончится еще нескоро, она попросила Данилюка подъехать прямо на работу.
Дом Сладостей выглядел как громадный праздничный торт. Крышу украшали кремовые розы, стены состояли из шоколада, вместо балконов торчали марципаны, а стекла заменяли леденцы.
На Земле подобное здание точно не увидишь.
Дом Сладостей — нечто среднее между кондитерской фабрикой и НИИ. В Аду множество таких контор, в которых выдумывают и претворяют в жизнь новые злы. Возглавляют их демоны седьмого ранга — изобретатели злых дел и порочных искусств.
В Доме Сладостей, например, директорствует дьявол Крампус.
Стефанию Данилюк отыскал в одном из цехов. Вся перемазанная нугой, чертовка ожесточенно работала мешалкой. От почерневшего котла пахло чем-то тягучим, противным.
— Привет, — подошел ближе Данилюк. Он потянулся было обнять Стефанию, но передумал, нарвавшись на ее мрачный взгляд.
— Привет, — процедила чертовка сквозь зубы. — Помоги. Эта дрянь почти закаменела.
Данилюк взял вторую мешалку и присоединился к работе. Субстанция в котле выглядела, как густая карамель, но воняла совсем не карамельно.
— Это что за месиво? — спросил он.
— Невкусные конфеты.
— А… а зачем?
— Подкидывать детям. В новогодние и рождественские подарки.
— Зачем?
— Чтобы разочаровывались в праздниках, подарках и сладостях.
