Орег усмехнулся.
— Ты тоже веришь этим россказням! И почему большинство людей считает, что резьбой по камню занимались лишь гномы? Конечно, они были настоящими мастерами: украшения хурогской библиотеки, например, — дело их рук. Но далеко не только гномы владели секретами этого искусства. Резьба по камню вышла из моды века два назад. Теперь украшают лишь деревянные поверхности. Это проще, дешевле и быстрее.
Стена, к которой я подошел, превышала по высоте самую высокую постройку Хурога. Когда-то она была длиннее, но верхняя ее часть обвалилась и лежала сейчас внизу в виде жалких осколков. В центре стены зиял дверной проем, украшенный перспективными порталами — уходящими в глубину уступами сходного прямоугольного очертания.
Я представил, что некогда эта высокая стена с дверным проемом была частью величественного храма, и моя душа наполнилась невиданным благоговейным чувством.
— Эта стена была когда-то расписана чудесными красками — голубыми и пурпурными, оранжевыми и изумрудными, — печально произнес Орег.
Смеркалось. Поэтому, только приглядевшись, я заметил, что стена действительно расписана. На передних гранях уступов, обрамлявших дверной проем — главным образом на тех из них, которые находились внутри и были лучше защищены от дождя и ветра, — росписи сохранились особенно хорошо. Нижняя грань была украшена изображениями человеческих фигурок. Каждый из нарисованных человечков выглядел весьма забавно. Все они как будто держали руками верхний уступ.
Я подошел ближе и внимательнее рассмотрел изображения. Человечки были совершенно разными. Ни один из них не походил на другого ни одеждой, ни позой, ни чертами лица. Некоторые даже стояли на руках, а уступ поддерживали ступнями. Но все они как будто излучали оживление и радость.
Как большинство богов Толвена, Атервон совмещал в себе две противоположности — печаль и веселье.
Я долго разглядывал рисунки. Потом медленно прошел сквозь дверной проем и оказался на небольшой площадке, сплошь заваленной обломками камней. Здесь стояла Сиарра, задумчиво глядя туда, где внизу простирался Эстиан. Ей еще никогда в жизни не доводилось его видеть.
— Большой город! — воскликнул я, осторожно приближаясь к сестренке, боясь ее напугать.
Сиарра покачала головой и сделала руками странный жест, скорее всего означающий сжатие.
Я окинул Эстиан сосредоточенным взглядом, пытаясь понять сестру. Этот город был очень старым: возможно, его основали раньше, чем Хурог. С высоты, на которой мы находились, он казался громадной паутиной, так как состоял из ряда защитных стен округлой формы. Когда население уже не помещалось в пределах существующей стены, город обносили еще одной. Сейчас края внутренних из них были не очень отчетливо видны, потому что по обе стороны к ним примыкали разнообразные постройки различных цветов и форм.
Я нахмурился. Внешняя стена Эстиана была явно ниже и
Сиарра была права. Эстиан не разрастался, а уменьшался.
Спал я в эту ночь ужасно — во сне постоянно слышал звон колоколов. Когда проснулся в первый раз, увидел, что все спят. А во второй — что Сиарры и Орега нет.
Я тут же разбудил Тостена. Он принялся будить лежавшего рядом с ним Аксиэля, я — Пенрода. Бастилла спала так необычно крепко, что нам не удалось вырвать ее из объятий сна.
— Я могу побыть с ней, — предложил Пенрод.
Я кивнул, и мы втроем с Тостеном и Аксиэлем поднялись на ноги.
— Наверное, нам следует разделиться, — произнес вполголоса Аксиэль. — Кто-то осмотрит вон те развалины, а кто-то направится прямо к храму.
Я чувствовал, что незамедлительно должен идти к чернеющей во мраке ночи стене. Странно, но мне не терпелось рвануть туда со всех ног. У меня было такое чувство, что кто-то невидимый беззвучно зовет меня оттуда.
— Хорошо, — ответил я. — Вы с Тостеном ступайте к развалинам, а я пойду к стене. Встретимся возле нее.
Ноги словно сами понесли меня туда, где несколько часов назад я рассматривал забавных человечков, нарисованных на уступе, обрамляющем дверной проем. Я нашел Сиарру на том самом месте, откуда мы смотрели с ней на Эстиан. Она стояла неподвижно, ветер трепал ее длинные волосы.
Орег лежал у основания стены, свернувшись калачиком, всхлипывая и содрогаясь.
— Сиарра, — позвал я сестру, опускаясь рядом с Орегом на колени. — Орег, в чем дело?
— Я не смог! — надрывно выкрикнул он. — Не смог, хозяин! Я пытался… Но ничего не получилось… Атервон…
— Сиарра, ты знаешь, что с ним происходит? — обратился я к сестре.
Сиарра повернулась ко мне, и я замер от ужаса. В ее глазах ярким оранжевым светом, ослепительным на фоне ночной темноты, горел огонь. Она вытянула руку и под ней из ниоткуда появилось огромное животное. Оно потерлось головой о ладонь Сиарры, как ласковая громадная кошка.
— Сиарра?..
Моя сестра мило улыбнулась и вдруг заговорила:
