страшно аж жуть..
Призрак ямщика.
Я выжимал все последние лошадиные силы из моей "девятки".
Гнал её вначале по шоссе, по тёмному асфальту которого, ветер нёс сухой
промёрзший снег.
Потом свернул на какую - то просёлочную дорогу.
Машину стало подбрасывать на ямах и колдобинах. Я злорадно давил на газ,
Пусть этой железяке будет тоже плохо, как и мне. Мне было не просто плохо, и ехал я в никуда.
Январский мороз и незнакомые сибирские степи должны были помочь мне в моей задумке.
Меня преследовала картина, или небольшой отрезок фильма из моей ещё небольшой жизни.
Моя девушка, моя первая и единственная любовь лежит на столе в свадебном платье. Это платье мы с ней выбирали вместе и совсем недавно.
До свадьбы оставался всего месяц, как вдруг страшный диагноз врачей отодвинул этот срок.
Она таяла, как свечка, я находился почти постоянно при ней, вся наша совместная жизнь уложилась в это время.
Мне было тяжело рядом с ней чувствовать себя здоровым и сильным, лучше я был бы в таком положении как она.
Перед самым концом она стала капризной и обидчивой, она словно мстила и мне и родным за свою, так рано кончающуюся, жизнь.
Я с трудом переносил это и иногда выскакивал в туалет, где бил себя кулаками по лицу, ненавидя своё сильное и здоровое тело.
Она лежала на столе, вместо того, чтобы стоять рядом со мной перед священником, мы мечтали обвенчаться с ней в церкви.
Её лицо как - то сразу стало чужим, вдруг я понял, что она принадлежит уже не мне.
И вот теперь моя очередь!
Я догоню тебя на своей "девятке". Без тебя мне не нужен этот мир. В нём есть всё, но нет тебя и он мне не нужен.
Дорога становилась всё хуже, её перемело во многих местах. На большой скорости машина врезалась в сугроб, пробила его и увязла.
- Вот и всё, приехал - подумал я и выключил зажигание.
Много раз я читал, как замерзают люди, это приходит как сон. Постепенно проваливаешься в небытиё, не чувствуя холода, ни боли, ни страха.
Теперь мне самому придётся испытать это.
Я откинулся на сидение и закрыл глаза. Сразу же пришло воспоминание, в котором была она.
Мы встретились с ней впервые на катке. Не помню, как и зачем я попал туда. На коньках я никогда не катался, фигурное катание по телевизору не смотрел, меня вообще спорт не увлекал.
Я смотрел на весёлых людей, носившихся по льду под громкую музыку из динамиков, и мне было непонятно их возбуждение. Я сидел на скамейке, и мне становилось холодно.
- Что, очкарик, продрог? - раздался надо мной задорный девичий голос.
Сквозь замёрзшие стёкла очков мне было не рассмотреть лицо говорившей, но голос мне понравился, и я не стал возникать по поводу "очкарика".
- Вот взяла бы и согрела - с удальством к незнакомому человеку ответил я.
- Какой быстрый оказался, наверное, сидишь здесь "грелок" дожидаешься.
- Нет, я просто Дед Мороз и ищу Снегурочку.
- Снегурочка вряд ли тебя согреет, вон уже под носом сосулька расти начинает.
Так мы перебрасывались шуточками, пока девушка снимала коньки и переобувалась.
- Давай Дед Мороз я тебя напою чаем с вареньем, пока ты Снеговиком не стал, вон мой дом, видишь, окна на втором этаже светятся.
Не знаю почему, но я согласился пойти с незнакомым мне человеком, и после чаепития, где познакомился с ней и её бабушкой, мы стали друзьями.
Она была не такая, как все девушки. Отличалась от подруг. Она была лучшая.
И я гордился, что незаметного "очкарика" она выделила из всех своих знакомых парней.
В моём сознании всплыла другая картина.
Тёплый, даже жарковатый июльский день, мы с ней на пляже. Я лежу на песке, он приятной ласкающей теплотой обнимает моё тело.
Она встаёт с песка и тянет меня за собой в воду, но мне так не хочется покидать жаркое ложе.
Она бежит к воде, у неё бесподобная фигура, её тело создано для того, чтобы с него писались художниками шедевры.
Наверное, все мужчины на пляже завидуют мне.
Она с разбега ныряет в воду, поднимая в воздух, сверкающие на солнце, брызги воды.
Они, как маленькие осколочки солнца, испускают лучики всевозможных оттенков радуги.
Вынырнув, она зовёт меня к себе, маня рукой и словами.
Я хочу к ней и даже пытаюсь подняться, но сковывающая теплота и расслабляющая сонная нега, ленью наваливаются на меня.
А она, не дождавшись, плывёт от берега, оставляя во мне тревогу и тоску.
Но вот поворачивает обратно, и чем ближе ко мне, я замечаю, что это не она.
Вижу лицо мужчины, бородатое и страшное.
Я вздрагиваю и снова вижу себя в своей машине. Сквозь лобовое стекло на меня смотрят чужие, жуткие глаза.
Потом хлопает дверца машины и рядом садиться незнакомый странно одетый бородатый мужчина.
В моём сознании проноситься информация об этом человеке. Ямщик, который замёрз в этих местах очень давно. Я вижу, он, что - то хочет сказать мне. Я слышу старую песню, она мне почему-то никогда не нравилась.
Когда я на почте служил ямщиком,
Был молод, имел я силёнку,
И крепко же, братцы, в селенье одном
Любил я в ту пору девчонку.
Сначала не чуял я в девке беды,
Потом задурил не на шутку,
Куда не поеду, куда не пойду,
Я к милой сверну на минутку.
- Эта песня о моей судьбе - слышу я в своей голове слова ямщика.
